Золоту – жизнь, человеку – смерть

– Не узнают, сотник, в этом костюме я похож на огородное чучело, а когда будут зарывать, то и говорить никому об этом не будут. Похоронят, как собаку, как нищего бросят в яму, и к яме никто не подойдет. Ты последний, кто нас видит из знакомых, а придет смертный час, и ты нас не увидишь.

– Пей, сотник, не каждому смертному удается в таком месте распить бутылку с царем, – он засмеялся долгим смехом, так смеются только сумасшедшие.

На смех подошла Александра Федоровна.

– Успокойся, дорогой, выпей еще и тебе станет легче.

Царевич сидел на маленьком стульчике, принесенном сотником, а царевна Марья тихо около него плакала. Ее мягкие шелковистые волосы свесились вниз и лежали на полу. Царевич взял пучок волос в руку и стал их собирать. Их было много, и они не помещались в его руке, снова падали на землю.

Постучали в двери, окончилась прогулка, пора сотнику выходить.

Сотник относит царевича и закрывает двери. Царевна Мария стоит около него и тихо плачет.

Он обнимает Марию за талию, потом нежно гладит ее волосы, целует в один, потом во второй глаз.

Снова застучали.

– Нам пора, царевна, иди к матери.

Александра Федоровна уходит и прикрывает за собой двери.

– Дай, мой дорогой, хоть выплакаться около тебя. Обещай, что каждую весну и в день моей смерти будешь приносить мне на могилу цветы, а в церкви поставишь свечку. Молчишь!!! Скажи, хоть, что-нибудь на прощание…

Сотник берет за руку царевну и вводит в камеру, становится на колени перед царицей.

Александра Федоровна перекрестила стоявшего перед ней на коленях Василия.

– Да сохранит тебя бог! – сказал она. – Иди, там уже снова стучат.

Сотник забирает свои вещи и идет к двери. Отодвинув засов, он поднялся наверх в освещенный солнцем коридор.

Стражники подошли к нему.

– Ты лишнее время пробыл на прогулке.

– Я мыл полы и наводил порядок в камерах.

– Еще тот дохлый не скончался?

– Вынес из камеры, пока мыл полы.

– Видать твои заразные – почетные тюремщики, и ты тоже видать не новичок у них. Наверно, из тех, кто таких, как они до могилы провожали.

– Прикажут, проведу!

– Не злись парень, ты новенький, не обращай на нас внимания. Мы здесь потеряли все то, что не чуждо человеку. Но, бывает, и веселимся.

Выходят повара – мужчины и женщины, проходят мимо стоящих мужчин.

– Пошли, новичок, домой.