Золоту – жизнь, человеку – смерть

Они изложили цель своей поездки и от имени государственной думы вручили манифест. Прочитав манифест, он спросил, кто его составлял.

– Шульгин, ответил Греков.

– Похвально, я в его способностях не сомневался.

– Вы подпишите сейчас манифест или нам подождать?

Царь кивком головы дал им понять, чтобы оставили его.

Греков ходил взад и вперед по перрону, он думал, что может сейчас царь новое придумать и когда, наконец, он подпишет манифест.

Подали поезд. Начальник станции вышел на перрон, к нему подошли военные и показали на царский поезд.

– Путь свободен. Я могу отправить поезд!

К военным подошли Греков и Гучков.

– Все в порядке, можете отправлять, манифест подписан.

С вокзала Гучков поспешил в дом князя Путятина, где собрались все члены Временного комитета государственной думы и члены нового Временного правительства с Великим князем Михаилом Александровичем.

Все ждали с волнением Гучкова. Он развернул лист бумаги, выровнял согнутые в кармане концы.

«2 марта 1917 года царь Николай II отрекся от престола в пользу брата Михаила».

Все в зале встали, стало тихо, только было слышно, как бьют настенные часы, извещая о начале и зарождении новой эпохи в России.

Утренние газеты напечатали манифест. А в зале государственной думы снова заседали члены Временного комитета государственной думы. Юристы Набокова и Нольде, по приглашению Великого князя Михаила Александровича, составили новый манифест об отречении его от престола.

Новый царь пробыл во главе империи всего сутки.

Потом поставила число и месяц – 3 марта 1917 года.

– Мария, это правда, что отец просит Временное правительство разрешить ему выехать в Англию?

– Да, это правда, Аня. Английский король Георгий, двоюродный брат нашего отца, знает об этом.

– Аня, а если нам не разрешат выехать. Ни в одной стране, где произошли революции, ни один монарх не уехал…

– Перестань, сестра, раньше времени хныкать.

– Мария, отец говорит, что особая армия генерала Гурко, III корпус графа Келлера и командир гвардейского ковалерийского корпуса хан Нахичеванский скоро прибудут в Петербург.

– Аня, а может нам поговорить с сотником и Николаем, пока нет за нами особого присмотра, убежать отсюда. Мне сотник сказал: «Тебя хоть сейчас я вывезу и спрячу, где никто тебя не найдет».