Воздушные фрегаты. Капитан

Две группы диверсантов, хотя и весьма урезанного состава, поместились на борту с большим трудом. Пришлось не только отдать им носовой десантный отсек, но и разрешить расположиться прямо на палубе посреди и без того узких проходов. Так что членам экипажа приходилось при всякой необходимости перемещаться по кораблю, проявляя прямо-таки чудеса акробатики.

Главное неудобство таилось даже не в отсутствии свободного пространства, а в недостатке кислорода. Во время передвижения под водой иных источников кроме баллонов со сжатым кислородом не имелось, потому расходовать его приходилось экономно.

К счастью, путешествие оказалось не слишком долгим. Закаленные в боях воины стоически выдержали неудобства, и теперь нагруженные взрывчаткой и оружием, они бесшумно спускались по откинутой аппарели, стараясь не зацепить металл и случайно не загреметь.

Приближалось утро, когда выбравшаяся из морской пучины «Ночная Птица», подобно древнему ящеру, легла на каменистое дно небольшого залива, какими изобилуют берега Кореи.

Нельзя сказать, чтобы вокруг царила полная тишина, такого в живой природе практически не бывает, но все же окрестности оказались погружены в сон.

– Славная у вас посудина, – не удержался от похвалы молодой сотник, командовавший одной из групп пластунов. – Доставили почти до места, и даже в холодной водичке искупаться не пришлось!

– Тесная только, – буркнул кто-то из его подчиненных, с удовольствием выбравшись наружу.

– Удачи вам! – пожелал ему Март.

– Без нее родимой никак, – блеснул в предрассветных сумерках белозубой улыбкой казачий офицер.

Вторая группа была набрана из штурмовиков с фрегата «Паллада», и командовал ей сверхсрочник, чем-то неуловимо похожий на дядьку Игната. Эти на тесноту не жаловались. Старший абордажник уточнил местоположение на карте, кивнул на прощание командиру «Ночной Птицы», после чего вместе с подчиненными растворился в окружающей тьме.

– Я так волновалась, – тайком шепнула командиру Калашникова.

 – Боялась, что неверно определила координаты.

– Все нормально, Таня, – попытался приободрить ее Колычев, машинально похлопав по плечу, но тут же поспешил отдернуть руку.

Девушка и без того смотрела на него глазами недоенной коровы, и любой, даже совершенно невинный жест мог быть истолкован самым превратным образом. «Все-таки прав Макаров, что приказал убрать женщин подальше, – с досадой подумал Март. – Без них проблем намного меньше».