Восхождение. Вершина Кайласа

– Вам нечего стыдиться, мистер Ламберт, у вас своя работа, у меня своя. Невозможно знать всего, – поспешил оправдать собеседника Матвей.

– Это верно, но все же вы гость, а знаете нашу историю лучше меня, коренного жителя Англии. Было бы более логично, если бы я это вам рассказал, – не унимался мистер Ламберт.

– Это не история Англии, – возразил Матвей, – а история ведения сражений. Уверен, вы еще сможете поведать мне интересные факты о вашей удивительной стране, которых не найти в литературных источниках.

– Такие факты есть, мистер Матвей, – с воодушевлением подхватил англичанин, открывая дверь замка. – И, возможно, они покажутся вам интересными. Прошу вас, пожалуйста, входите. Думаю, я успею кое-чем поделиться с вами.

Матвей вошел внутрь и с удивлением осмотрелся вокруг. Когда он подходил к замку, то четко видел два этажа, которые возвышались над цокольной надстройкой здания. На самом деле оказалось, что замок одноэтажный, а высота потолков составляла не менее девяти метров. Отдельных комнат не просматривалось, а пространство разграничивалось напольной мраморной плиткой.

– Прошу Вас, располагайтесь, – услужливо предложил мистер Ламберт, указывая на одно из них, – а я тем временем разожгу камин. Как я понял из слов лорда, вы любите огонь.

– Кого может оставить равнодушным потрескивание дров и тепло пламени? – поинтересовался Матвей, удобно устраиваясь в кресле.

– В Англии уж точно сложно найти таких людей, – поддержал Матвея мистер Ламберт. – Хоть наш город и считается наиболее сухим из всех городов Европы, потому как здесь в действительности выпадает немного осадков, но постоянная повышенная туманная влажность непременно располагает к тому, чтобы с приходом домой удобно разместиться у теплого очага.

Дрова с шумом загудели, и помощник лорда, не стесняясь, развалился во втором кресле.

– Итак, – начал он, взглянув на часы, – вы просили поделиться информацией о Лондоне, которую сложно найти в литературных источниках?

– Было бы весьма интересно.

– Так вот. Как вы знаете, в Англии левостороннее движение, и это отличает все наши автомобили от европейских. Как вы думаете, почему?

– Интересный вопрос, – произнес Матвей, немного задумавшись. – У меня есть две версии. Первая состоит в том, что в Древнем Риме придерживались левостороннего движения.