Сделка на мосту

Надо найти ее документы для протокола, – сказал офицер.

– Я знаю, где она хранит их, – произнесла старушка.

Был уже вечер. А стражи порядка, Марта и Февраль собрались на кухне покойной Агаты. Офицер уже задал много вопросов парню и начал опрашивать Марту, которая приняла так много успокоительного, что не могла нормально говорить. Ее речь стала медленной и такой тихой, что с трудом можно было разобрать некоторые слова.

Февраль вместе с сержантом отправился в комнату, где лежало тело Агаты. Казалось, что она просто уснула.

И правда, ее смерть была легкой, во сне.

Вдруг спокойствие перебил сигнал скорой помощи. Приехали забрать тело в морг. Сержант покинул комнату, чтобы встретить медиков, а Февраль остался в комнате совсем один. Он услал и физически и морально. Странная обстановка в комнате, где вместо окон висели два пейзажа, не пугала. Под картинами стоял старый дубовый письменный стол, на его поверхности можно было заметить следы от химикатов. Где-то просто пятна, а где-то от кислот не было лака.

Февраль впервые присмотрелся к пейзажам, подняв взгляд вверх, не желая видеть кровать с мертвым телом. На правом полотне был лес с поляной, сквозь которую тянулась тропа, ведущая к маленькой хижине, на левом – морской берег с маяком и скалами.

Время словно остановилось во всем мире. Февраль стоял у картин, ощущая приятную пустоту. Раздалось тиканье часов на трупе старушки. Тех самых часов, что уже давно не шли.

Февраль резко обернулся и увидел тень, стоящую у ее кровати.

Она потянулась к картинам по полу, изображая волну, которую словно трепал ветер. Серость сменилась морской водой лазурного цвета, на поверхности заиграли светлячки, которые полетели в плоскость полотен.

Картины ожили, словно, происходящее на них было реально. Справа зашумел лес, и запели птицы, а слева раздался шум волн. Февраль замер в шоке, когда увидел движение верхушек деревьев. Трава тоже шевелилась, провожая светлячков вперед по тропе. Слева засветился маяк, озаряя не только путь кораблям, но и стены в спальне.

На картине с лесом открылась дверь хижины, и из нее вышла девочка лет пяти в синем платье с белым бантом-галстуком. Она оставила дверь открытой и направилась вперед по тропе, словно встречая светлячков. А они ее окружили, не давая идти дальше. Так она и остановилась на полпути к краю картины, за пределами которой стоял удивленный Февраль.

Февраль не мог оторвать взгляд, но мгновение спустя посмотрел на морской пейзаж.