Сделка на мосту

Сами рельсы блестели как новые ножи, которыми только что резали мясо. Под поездом на рельсах и рядом лежали, словно еще живые человеческие тела. В самом вагоне сидели люди, которые умерли в пути. Кто-то был убит, но у большинства пожилых людей просто остановилось сердце. В воде под мостом стояли утопленники, а на крышах вагонов сидели те, кто умер вблизи железной дороги в большинстве случаев по собственной глупости. Поэтому там было так много именно детей. Были и те, кто умер у себя дома, но таких было мало.

Все они умерли под поездами по своей воле, чужой или по воле случая. У кого-то отрезало голову, кому-то ноги, кто-то был связан, на ком-то не было одежды. Все пути были словно усыпаны такими телами и их конечностями, и до сих пор из них текла кровь.

– Сколько их на этот раз? – спросила Эмма равнодушной интонацией.

– Около двухсот тысяч душ, – ответил кондуктор, заглянув в свою сумку, и направился к выходу, продолжив собирать у пассажиров мелкие предметы.

Поезд тронулся, Февраль до сих пор стоял и наблюдал происходящее, высунувшись в окно.

Состав дернулся и устремился вперед. Люди, стоявшие под мостом, словно все и сразу с головой резко погрузились под воду, создав после себя нереально высокие столбы воды, которые потом стали одной гигантской волной, которая устремилась вверх на мост под вагоны состава.

Февраля немного намочило странной мерцающей водой, которая не пенилась, не имела никакого запаха и была температуры человеческого тела. Парень вытер лицо рукавом и посмотрел на свою руку.

Капли воды в его ладони шевелились как живой организм, Февраль немного испугался, перевернул ладонь, чтобы они упали вниз. Их было всего четыре, и, упав под поезд, они вернулись в эту гигантскую волну, состоящую из потерянных душ.

Парень продолжил наблюдать за проносящимся мимо пейзажем, когда поезд тронулся. Теперь под движущимся поездом неслась волна, сквозь которую были видны очертания искалеченных человеческих тел, которые будто застыли в этой странной воде.

Мост они проехали, теперь можно было видеть только высокие сосны, траву и мерцание светлячков.

Волосы трепал ветер, ничего не было слышно кроме стука железных колес. Февраль поднял взгляд вверх, на крыше до сих пор сидели те же личности, только их тела мерцали слабым синим светом. Они смотрели куда-то вглубь леса, а их лица не имели эмоций.

Эмма продолжала сидеть, откинувшись на спинку сиденья, запрокинув голову назад и закрыв глаза.