Токсичный компонент

На каждом дежурстве все хирурги думали только о том, чтобы это случилось не в их смену.

Тем временем Зинаида, превратившись на несколько секунд в огромную окровавленную гусеницу, почти без посторонней помощи сумела перебраться на кровать.

– Где зонды у нас? – крикнул Балашов сестре, что готовила ему набор для катетеризации подключичной вены.

– В левом шкафу внизу. – Она не повернула головы, точно зная, где что лежит.

– Я возьму. – Добровольский быстро подошёл к шкафам. Тем временем санитарка приблизилась с ножницами к кровати и спросила:

– Режем?

– Что режем? – хрипло уточнила Руднева.

 – Зачем режем?

– Платье, – объяснила санитарка. – Оно уже вряд ли пригодится.

– Почему? – приподнялась на локтях Зинаида, но тут же упала обратно на подушку. – Я умру?

– Никто его уже не отстирает, – пару раз лязгнув ножницами, ответила санитарка и начала разрезать платье точно посредине снизу вверх. Зинаида завыла, как раненая волчица – то ли из жалости к платью, то ли от страха.

Добровольский нашёл пакет с зондом Блэкмора, отошёл с ним к столику, взяв с собой двадцатикубовый шприц.

Он решил освежить в памяти, какой именно канал к какому баллону подходит. Ошибиться было довольно сложно – они были дифференцированы цветом. Жёлтый шёл к запирающему баллону, красный к основному. Максим разорвал упаковку, подсоединил шприц к жёлтому, потянул на себя, убедился, что спадается нижняя часть зонда – та, что потом, при раздувании в желудке, не даст ему выйди наверх через кардиальный отдел.

– Вазелиновое масло! – попросил он, обернувшись.

– Несу. – Маша, собрав всё, быстро открыла в шкафу среднюю дверцу, взяла флакончик, на ходу отдала его в руку хирургу. Тем временем платье уже было разрезано практически полностью; санитарка зацепила, не церемонясь, и бюстгальтер, успев заметить и сохранить какую-то золотую или похожую на неё цепочку на шее.

– Золото всё снимаем, будет храниться у старшей сестры, – монотонно, в такт движениям ножниц, скомандовала она.

Зинаида потянулась было снять цепочку, но прицепленный на руку пульсоксиметр тут же съехал с пальца, монитор запищал, Маша довольно громко выругалась и остановила руку.

– Хрен с ним, потом!

Балашов надел перчатки и встал слева от Зинаиды. Добровольский с зондом – справа.

– Водички на глоток приготовьте, – попросил он у санитарки. – Как скажу пить – проглотишь, – уточнил он для Рудневой, пока та в ужасе переводила глаза с него на Балашова и обратно.