Сержант и капитан

Папа благословляющим жестом послал Никиту на работу.

С Дашей они помирились, и никто не вспоминал тот злополучный вечер ее откровений и Никитиной злобы. Вечера проводили вместе, а когда Даша мирно засыпала рядом, Никита читал при свете ночника мемуары красных и белых командиров об Орловской битве. Их было немало. Все это захватывало и все больше затягивало. Затем Даша уехала к родственникам в Санкт-Петербург, а оттуда в командировку в Псков.

На вокзале коротко и весело простились, о разлуке, пусть даже и недолгой, думать никто не хотел.

Поезд тронулся. Никита помахал еще раз рукой на прощание и пошел «ловить тачку». Весь в этих мыслях о Даше, Никита незаметно для себя оказался на дороге и поднял руку. Темно-синяя «копейка» притормозила мгновенно.

– Лесная. Сотня.

– Ну, мужик, давай уж за сто пятьдесят. Центр все-таки.

– А ты блатные песни слушаешь?

– Нет, – ответил водитель неуверенно.

«Слушает, подлец!» – подумал Никита и сказал:

– Тогда поехали.

Они быстро проскочили перекресток, добрались до Садового кольца, свернули налево.

Вдруг Никита понял, что что-то не так. Водитель пах «Хьюго Боссом». «Бомбящие» на жизнь «Боссом» не брызгаются. Хорошо замаскировался. На вид вроде типичный неудачник и нытик, жалующийся постоянно на жадность пассажиров. Заношенная ветровка крокодилового цвета, на торпеде пачка «LM», дешевые часы. Небрит и почему-то застегнут на все пуговицы.

Никита решил проверить свою догадку, когда они проезжали Сухаревскую площадь.

– Сворачивай на Щепкина, – приказал он перед Самотечной эстакадой.

– Зачем?

– Потом через Трифоновскую быстрее доедем, и к тому же мне приспичило, а улица эта тихая, со множеством дворов.

– Ты что, офонарел?

– Еще пятьдесят.

У него не было выхода, надо было доводить игру до конца – изображать живейший шкурный интерес.

– Ладно, только я сдам чуть вперед, а то еще повяжут вместе с тобой.

– Жди, – ответил Никита и полез в какие-то кусты, удобно посаженные у дороги. За кустами был дом с аркой.

Никита решил просто уйти. Он не хотел снова участвовать в боевых действиях. Но он недооценил своего нового знакомого. Тот шел за ним метрах в тридцати.

– Ты что, тоже за компанию? – крикнул Никита.

Шофер ничего не ответил, просто шел, засунув руки в карманы своей турецкой куртки. Если бы Никита побежал, он бы знал, что делать. Ты убегаешь, я догоняю. Но Никита не двинулся с места. Шофер подошел вплотную. Но растерянность свою никак не выдал.