По следам фальшивых денег (сборник)

Через час в гостиницу пришел Соломон. Он сообщил, что на Тираспольской в витрине лежит портсигар, похожий на украденный у Гордона, но его пока не продают, срок заклада не вышел.

– Я на телеграф по дороге заглянул, ваше высокоблагородие, хозяин прислал вам еще сто рублей. – Приказчик передал чиновнику купюру.

– Прекрасно! – сказал Кунцевич, пряча очередную «катю» в бумажник и потирая руки. – А не поддержать ли нам, Соломон, по этому случаю Министерство финансов?[11 - В ту пору в Российской империи существовала винная монополия.

] Или ты коньяк предпочитаешь?

– Так я любому угощенью рад.

– Тогда по коньячку. Будь другом, распорядись, чтобы в нумер бутылочку подали.

* * *

В одиннадцать с половиной утра 16 июля 1908 года Кунцевич уселся в кресло на открытой веранде кофейни «Фанкони», заказал кофе, раскрыл «Одесский листок» и стал делать вид, что читает. Примерно через двадцать минут на немноголюдной веранде появился седовласый мужчина лет шестидесяти, дорого и со вкусом одетый.

Он посмотрел по сторонам, сел за свободный столик и тоже заказал кофе. Ровно в двенадцать в кафе вошел Львовский. Ювелир имел такой подавленный вид, что коллежский асессор испугался за успех операции. Но седовласый человек, с которым раскланялся Львовский, признаков беспокойства не проявил. Он встал, пожал Александру Авраамовичу руку и пригласил за свой столик. Однако ювелир садиться не стал. В это время на пороге появился Донской в сопровождении городового. Кунцевич допил кофе, аккуратно свернул газету и направился к греку. Тот уже заметил и городового, и чиновника для поручений, привстал было со стула, но тут же безвольно на него опустился.

– Разрешите? – не дожидаясь ответа, Кунцевич уселся за столик грека.

– Что вам угодно?

– Мне угодно с вами познакомиться.

– А я знакомиться с вами не желаю.

– Придется, милостивый государь, придется. Начну первым – коллежский асессор Кунцевич, чиновник для поручений Санкт-петербургской столичной сыскной полиции.

С кем честь имею?

– Николай Аристархович Каравья, комиссионер, – неохотно пробурчал грек.

– Ну и чьи же вы поручения выполняете?

– Разных лиц.

– А бриллианты продавать кто вам поручил?

– Какие бриллианты?

– Краденые.

– Я никаких краденых бриллиантов не продавал.

– Замечательно. Придется вам, милостивый государь, как говорится, пройти.

– Я, конечно, с вами пройду, но это произвол. Я буду жаловаться.

– Жалуйтесь.