Эффект бумеранга

А трехэтажные дачные хоромы Савеловых на Николиной Горе не чета моим – на казенном балансе не числятся…

– Так ведь то у Савеловых, папа, – прервала его Рита. – Наш Платон – Сарматов, а потому наследником их быть не может. К тому же ты забыл о здравствующем законном наследнике «чертогов» Вадиме Савелове.

– Свечку по нему поставь! – взвился Николай Степанович. – Или не знаешь, как «контора деда Никанора» поступает со своими перебежчиками? Тогда по закону они отойдут этому бандитскому государству. Уж будь уверена: облезлые крысы из Академии наук весь савеловский антиквариат по своим норам растащат, с борзыми собаками потом не найдешь, – гнул свою линию Николай Степанович.

 – Не будь дурой, Ритка, не отталкивай того, что само в руки плывет. Жизнь-то еще неизвестно в какую сторону повернется, видишь, как коммунячью власть штормит?..

– Нам с Платоном на жизнь моей зарплаты хватит, как бы жизнь ни повернулась, – оборвала его монолог Рита.

У Николая Степановича от ее слов сжалось сердце. После смерти академика Савелова он буквально бредил его «чертогами», набитыми редкостным антиквариатом, а когда узнал, что и Дора Донатовна находится в больнице при смерти, в него будто бес вселился.

Поговорив с известным адвокатом-цивилистом и получив от него хитроумные советы, Николай Степанович уже чувствовал себя законным хозяином савеловских владений. А тут на тебе!.. «Не в меня – в мать свою, Ксюху, пошла Ритка! – чертыхнулся он, а так как отказываться от «чертогов» он не собирался, то решил: – Главное, не спорить с ней, а там посмотрим, дочь, кто из нас одеяло на себя перетянет. Посмотрим… В конце концов, я и о внуке обязан подумать…»

– Нет так нет. Тебе виднее… – смиренно уронил он.

– Это еще не все, – пристально посмотрела на него Рита. – Пожалуйста, помоги мне со срочным выездом в Гонконг.

– Куда?.. Я не ослышался?..

– В Гонконг. Там, по моим сведениям, находится на лечении Игорь Сарматов.

– Ты что, с ума сошла? Господи, родного отца без ножа режешь! – простонал перепуганный Николай Степанович.

 – Ехать к невозвращенцу и предателю – это же безумие!

– Я к тебе первый раз в жизни обращаюсь с просьбой о помощи, папа, – напомнила Рита. – И во второй раз, надеюсь, не обращусь.

– Дура, узнают кадровики «Фабрики грез» и попрут тебя без выходного пособия. И никто, даже я, не сможет помешать этому. С конторой не поспоришь…

– Игорь Сарматов, родной отец твоего внука, очень болен, и ему нужна моя помощь. Я очень, очень надеюсь на твои связи, папа.