Настоящий полицейский

Детский страх перестать быть идеальной останется с ней до конца – и кто знает, что было бы дальше, если бы ее короткая жизнь не оборвалась. Пластические операции, овощные смузи, фитнесс, игры, новые образы? Как должен выглядеть успешный стареющий человек? Как в раздражающей рекламе зубных протезов, назойливо преследующей тебя после звонка спам-бота?

На улице уже стемнело, он проводил ее до дома в самом конце Школьный улицы.

– Значит это твой дом? – спросил Игорь, глядя на двухэтажный коттедж с мансардой, который видел сотни раз.

– А ты как будто не знаешь.

В ее странном испытующем взгляде он увидел новую загадку.

Конечно, он знал, что этот четырехквартирный дом целиком выкуплен ее отцом намного дольше, чем жила на свете эта девочка – сколько раз он проходил мимо него, намеренно замедляя шаг в надежде увидеть в одном из окон знакомый силуэт.

– Знаю! – признался он. – А вот чего не знаю (но всегда хотел узнать, добавил он про себя) – где в этом доме твоя комната.

Аня положила теплую ладонь ему на плечо, и слегка подтолкнув к калитке, указала на боковое окно, выходящее в сад.

Надо же, а он всегда думал, что она живет в мансарде, откуда через узкое французское окно иногда выходит на маленький полукруглый балкончик. Сколько секретов раскрыл ему этот день.

– Ну что, увидимся в школе?

Ее лицо было так близко. Желание прижать ее к себе и поцеловать нежные губы, почувствовать тепло и дыхание, глядя в эти странные глаза было почти невыносимым.

Но ей было всего четырнадцать, а ему совсем не точно, тринадцать с половиной. Вряд ли кто-то не сочтя его сумасшедшим докажет обратное, но он был уверен, что обман отравит настоящее чувство. Может быть, поэтому настоящая любовь часто бывает несчастной?

«Поживем – увидим, Аня», – сказал он про себя, а вслух произнес лишь:

– Пока.

***

На город опустился черный осенний вечер. Тусклый свет фонарей спрятавшихся в золотых кронах стекал на пустынные улицы, печально искрясь в замерзших лужах.

Лунный серп вышел из-за водонапорной башни, и повис над «игрушечными» домиками. Ветер покачивал березы, походившие в темноте на великанов, склонившихся над перекрестком. Он не забудет этот вечер. Не забудет застенчивый взгляд и неоконченную фразу и мерцание голубых экранов в низких окнах за палисадниками и свет бесконечно далекой Кассиопеи в северном небе. В периоды вечернего затишья подмосковный городок магически замирал.