Кукурузный сон

В принципе, я понимал то, о чем он говорит, но принять это еще не был готов, да и навряд ли когда буду. Мне вдруг второй раз за день дико захотелось напиться. Напиться и забыть этот разговор. Даже голос в моей голове казался мне сейчас милым собеседником… Мелькнула мысль: «А не после ли ознакомления с этой теорией запил Жижа?», но я тут же отогнал ее – Артем пил всегда. По крайней мере, сколько я его знал.

– А божественное происхождение, о котором ты упоминал, – продолжал добивать меня Костя, – ну-у… что такое все священные писания? Если посмотреть на них несколько отвлеченно, абстрагируясь от общепринятого восприятия, а?

Я пожал плечами, мое восприятие на данный момент вообще мне не помогало.

– Не похожи ли они на своды правил любой компьютерной игры, составленные для своих кланов?

Я уставился на него, теперь уже действительно не понимая, что он имеет в виду.

– Ладно, фиг с ним, – Костя махнул рукой. – Ты с теорией Большого взрыва знаком?

– Смутно.

– Не суть важно. Если совсем по-простому, то Вселенная возникла в результате мощного взрыва сингулярности, которая имела размер… ну, допустим, горчичного зернышка. Да, пресловутое горчичное зернышко! – Костя, улыбаясь, смотрел на меня. – Представляешь? Из горчичного зернышка возник весь обозримый мир! Планеты, солнца, космос, все вообще. Ничего не напоминает?

Какие-то обрывки текста из Библии, когда-то мною прочитанной, смутно всплывали в памяти, но они были настолько туманны, что я не мог вспомнить, к чему они вообще относятся.

– Что-то из Библии…

– Не мучайся, горчичное зернышко всплывает во всех священных писаниях, ну, в более ранних религиях его прототипом являлось маковое зернышко, но я не об этом сейчас. С чем-нибудь другим оно у тебя не ассоциируется?

Горчичное зернышко… взрыв. Я пожал плечами, хотя у меня промелькнула догадка. Мне она показалась чересчур дикой, но последующие слова Кости лишь подтвердили ее.

– Кремниевый микрочип, а? Вставляем, нажимаем кнопку и – бах! – взрыв! – Вселенная на экране. Строй и планируй все, что твоей душе угодно. Неплохо, а?

Я ошарашенно смотрел на Костю. Видимо, у нашего разума, действительно, есть рамки и, если честно, мне не хотелось за них выходить.

– Да, Антон, наши души кремниевой породы, да и природы тоже.