Сага о золотопольцах

Бажен сделал указание своим людям, чтобы те передали тело кузнеца семье, а сам также скрылся в княжеских палатах. Гремислав проследовал следом.

Холопы взвалили тело кузнеца на носилки и в сопровождении дружинников направились передавать тело семье.

Толпа начала расходиться, и спустя некоторое время на площади не осталось никого.

***

Князь восседал во главе стола, по правую руку находился Бажен, по левую Гремислав, далее находились различные знатные господа. Феофан находился за спинкой кресла князя, держа наготове кувшин с вином, готовый при надобности быстро наполнить его кубок.

Слуги быстро убирали пустые тарелки и подавали новые блюда. Стол ломился от различных яств.

Для женщин был установлен отдельный стол, где собрались жены и дочери знатных людей. Княгиня вела беседу с женой воеводы.

– Что это ты, Гремислав, невесел? – спросил князь.

– Да вот, батюшка, тревожно мне, кузнец помер, а это дурное предзнаменование, – ответил княжич.

– Да кто ж виноват, что он издох? – удивился Фёдор.

 – Я проявил милость и не стал его вешать.

– Видно, дух в нем чёрный был, который пожелал омрачить нам праздник, – сказал Гремислав.

– Твоя правда, – молвил воевода, – была бы у него совесть чиста, то Четырехликий бы не стал забирать его к себе в такой день. Значит, замышлял он недоброе и бог ограждают нас от нечестивых замыслов этого негодяя.

– Да, Четырехликий справедлив, но почему нельзя было забрать его к себе не сегодня, а после нашего отбытия? Дурной это знак, ой дурной, – Гремислав залпом осушил свой кубок.

 – Феофан! Ещё.

Феофан в мгновение очутился рядом и наполнил бокал.

– Не так все, сын мой, – сказал князь, – я уверен в том, что бог специально забрал этого пса сейчас, чтобы показать холопам, что наказание неотвратимо, если ты зло против нас замышляешь. Эй Феофан, я прав?

– Да, государь, вы несомненно правы, – сказал Феофан. – А если княжич сомневается, то мы можем спросить у жрецов.

– Вот за это мне и нравится этот бездельник! – князь пальцем указал на чашника.

 – Какая идея! Мы так и сделаем, спросим у жрецов.

– Стоит ли батюшка? – спросил Гремислав. – А если они скажут, что это дурной знак, что тогда?

– Не скажут, – уверенно произнёс Фёдор.

– А вдруг скажут? – не унимался княжич.

– Нет, – сказал Фёдор раздражаясь.

– А в… – Гремислав не успел договорить, как князь ударил кулаком по столу.

– Не спорь со мной, не скажут, говорю. – сказал он.