Обречённые. Humana error

Отец не простит меня за такие похороны! Он сейчас в другом измерении и всё видит. Прости, папа. Я похороню тебя так, как ты рассказывал… как ты хотел…

И недолго думая, Ким, отбросив все страхи, полез в яму. Спрыгнув на землю, он моментально кинулся к отцу, закрыл непослушные глаза трупа, накинул на мёртвое лицо брезент, поправил тело, схватил лопату, положил её поперёк ямы сверху так, чтобы получилось подобие турника, подтянулся на нём, и сразу же выскочил наружу. Он не успел даже ничего почувствовать, как дело было сделано.

«Вот так! – думал Ким, подхватывая лопату и вонзая её в рыхлую землю, чтобы начать зарывать могилу. – Вот так я и поборю в себе все страхи! Вот так!.. – Он яростно орудовал лопатой с полузакрытыми глазами и засыпал яму. – Вот… так… вот… так… вот… так…»

При каждом слове он бросал в могилу землю; без остановки, не разгибаясь, не думая ни о чём. Только эти два слова были у него в голове: «Вот… так… вот… так… вот…»

Работа продолжалась бесконечно долго. Яма казалась бездонной.

Земли по бокам становилось всё меньше. Ким быстро терял силы, но пытался не останавливаться ни на секунду; ему казалось, что если он остановится, то возобновить работу уже не сможет. «Вот… так… вот…»

Пот градом струился по лицу, попадал в рот, заливал глаза; одежда промокла насквозь. Но он не останавливался.

В какой-то момент, его качнуло. Это произошло внезапно. Ким не успел сохранить равновесие и почувствовал, что сейчас свалится в яму. По инерции, он махнул руками, чтобы удержаться, но нога всё равно соскользнула вниз.

Ким подумал, что сейчас упадёт ничком с высоты и ударится о мёртвое тело… Но правая нога сразу же почувствовала опору – она по щиколотку погрязла в рыхлой земле. Ким упал в грязь. Оглянувшись по сторонам, он понял, что яма, оказывается, ужа почти зарыта. Осталось совсем чуть-чуть – только насыпать холмик, как учил отец.

Выбравшись на твёрдую землю, Ким снова схватил лопату и продолжил работу.

Не прошло и пяти минут, как появился тот самый холмик, который должен быть на любой могиле.

И только теперь Ким остановился. Шумное дыхание; выпрыгивающее из груди сердце… дрожащие руки… подкашивающиеся коленки…

– Я сделал… сделал это… Да. Я… похоронил тебя, папа… как ты рассказывал. Как ты хотел. Я всё сделал правильно. Вот только… я забыл слова…

Ким помнил, что после того, как зароешь яму, нужно что-то сказать. Отец много раз повторял эти слова, но Ким их совсем забыл.