Земная жизнь инопланетянина. Фантастика

Мы понимали друг друга с полу слова. Нет конечно она часто ломалась, но я знал к ней подход…

– Как ее звали?

– В смысле марка?

– Причем тут марка? Я спросил как звали ту о которой вы говорите?

– Газ 029…ох эти квадратные фары, тонировочка по кругу…

– Что вы несете? Вы все это время про машину говорили?

– Ну да, а вы про кого подумали?

– Я вас спрашивал о человеке вообще то…

– Нет из людей я любил по настоящему только жену.

– Тогда зачем вы несли эту чушь?

Повышенным, несдержанным тоном спросил психолог.

Тому не понравилось как с ним говорят.

– Зачем вы мне грубите? Вы психолог, вы просто должны выполнять свою работу, а не оскорблять клиентов.

– Простите если мой тон или мои слова вас обидели. Давайте определимся, будем ли мы продолжать сеанс, или не стоит тратить время?

– Но ведь это время законно принадлежит мне, и я магу его тратить на свое усмотрение, разве не так?

– Конечно, но я психолог, а не развлекательный центр, может во мне нуждается человек с психологической травмой…

– Хотите поговорить об этом?

– Опять паясничаете?

– Нет просто вы так разнервничались, что я забыл кто у кого на приеме, я у вас или вы у меня?

– Все я думаю наш сеанс окончен.

– Мне кажется у вас какая то детская травма связанная с вашей самооценкой… что произошло? Родители уделяли вам слишком мало внимания?

– Пик

Пикнуло в динамике, и связь прервалась. Психолог не выдержал и повесил трубку.

– Ему бы к психологу сходить, а то он какой то нервный…

Сказал сам себе Том.

И упавшее по дороге настроение вновь пришло в норму… нет не от того что оно испортилось у горе психолога, а потому что том вновь обрел уверенность в том что не может он быть землянином, ни при каких раскладах. А это значит что он не сходит с ума. Он не сумасшедший, и это поднимает ему настроение. Том вернулся на свое рабочее место. За большой деревянный стол, с кучей ящичков, заваленный проводками, запчастями, инструментами. В свое старенькое, обтертое, пыльное кресло, но все еще мягкое и крутящееся.

Том включил паяльник в розетку и стал готовить к пайке провода. Тому нравилась его работа, хоть и находится там ему не доставляло большей радости. Это сложно объяснить… Может если бы то что он делает не было принудительно, он бы делал это с радостью, а так он чувствовал себя рабом. Рабом системы. Одно на этой работе его радовало, то что он работал абсолютно один. Без единого человека рядом.