Если вернутся Боги

Стоило нам только оказаться в столице, как эта светловолосая красавица отвела меня в сторонку для приватного разговора.

– Макс, – грустно начала девушка, – можно тебя кое о чем попросить?

– Да, – я неуверенно улыбнулся, чувствуя подвох, – конечно.

– Никогда! – эмоционально выдохнула Иоланда, получив мое согласие. – Никогда больше меня никуда не приглашай! А лучше всего – вообще забудь. Ты мне нравишься, честно. Но общение с тобой чревато всевозможными неприятностями, а то и вовсе опасно для жизни. А я хочу дожить до выпуска из академии и получить звание целителя.

– Но…

– Не надо, – не дала мне договорить девушка. – Действительно не надо. Давай останемся друзьями. Только дружить лучше на расстоянии.

Иоланда посмотрела мне в глаза, и я увидел в ее взгляде решимость, разбавленную легкой грустью. А затем она развернулась и растворилась в толпе разумных, снующих туда-сюда по вокзалу. А я остался стоять, пытаясь сообразить, что это все могло значить.

– Макс, ты идешь? – голос Кера заставил меня вернуться в реальный мир.

– Да, – кивнул я. – Уже иду.

Дойдя до извозчиков, поджидающих клиентов, наша компания как-то легко рассыпалась на отдельных разумных, отправившихся каждый по своим делам. Со мной осталась только Вильколиэль, которая почти не разговаривала, все еще дуясь на что-то, мне непонятное. А может, даже неизвестное.

Повозка быстро домчала нас с эльфийкой до моего дома. Расплатившись с извозчиком, я постучал в ворота, и спустя минуту мы оказались в холле, в окружении моих учеников и слуг.

Первым делом и я и Вильколиэль отправились смывать с себя дорожную грязь. К сожалению, в разные душевые. Стоя под теплыми струями воды, я размышлял о странности сложившейся ситуации. Эльфийка уже довольно давно моя жена, а между нами так ничего и не было. Может быть, у ушастых так принято, и муж нужен только для штампа в паспорте?

Спустя час я, Вильколиэль и Тиль с Саласаном сидели за столом, уставленным разнообразными блюдами, и вовсю предавались чревоугодию.

Говорили в основном ученики. Они с довольными лицами рассказывали, что стройка подходит к концу, и скоро можно будет открывать школу. Тиль заодно пытался отчитаться за потраченные деньги, но я лишь махнул рукой, внимательно разглядывая паренька.

Он сильно изменился после смерти сестры.