ЗОЛОТОЕ ТОПЛИВО

Тальвер, будучи на тот момент в немощном состоянии в связи с беспорядком в нервной системе, а, следовательно, и со сковывающей всё его тело силой, исходящей от чертовски обносившейся системы пищеварительных органов, находился в слегка подавленном настроении души. Тем не менее, для Тальвера это отнюдь не было поводом упасть духом. И, когда уже все разбежались, боцман позвал Тальвера по имени помочь ему обтянуть шкоты. Тальвер справился с поставленной задачей, уложив тросы аккуратно кольцами на нагеля. И самое поразительное во всей этой истории было то, как в конце Тальвер почувствовал тепло.

Будто по закону подлости, дождь закончился только прямо к уходу юноши вовнутрь. Но Тальвер с удивлением обнаружил, что успел согреться, ещё находясь на палубе! Промокнув до нитки, так что и в ботинки набралось немало воды, молодой моряк уже не ощущал холода. Тот дождь, что изначально показался зябким, неприятным, в какой-то нежданный и вместе с тем долгожданный момент словно стал частью юного бойца. Теперь проливающаяся с неба чистая, свежая вода под лучами солнца дарила уютное, приятное ощущение тепла мускулистому, здоровому телу мужа света.

– Чудесная история! – Восхищённо произнесла Фетиль. – И правда, мне самой уже не так холодно…

И в то самое мгновение, как принцесса затворила уста после последнего сказанного слова, из-за облаков выглянуло солнце.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Толас ходил по комнате мрачный, задумчивый. Что-то надо предпринять. Подумать только, тот, кого считали богом, вовсе и не бог. О чём это может говорить? О том, что люди многое порой не знают.

До Толаса уже давно дошла сия мысль. Но это ничего не значит, пока он не разузнает толком, кто же есть этот господин с небес.

– Как думаешь, Фейрон, не может ли этот Тальвиг быть самым настоящим… человеком? – Спросил учитель одного из своих учеников.

– Государь, вам лучше знать.

– А как ты думаешь?

– Я не знаю. Но человек, спустившийся с неба – это как-то странно.

– Ито правда. – Подтвердил семидесятилетний старец, поведавший на своём веку многое, но с сим нелёгким вопросом столкнувшийся впервые.

– Быть может, это один из тех лишённых своего чина богов, кого остальные боги отправили на землю в наказание за какую-то провинность, о которой мы не знаем?

– Я тоже думал об этом, Фейрон. – Толас посмотрел в серо-голубые глаза тридцатилетнему брюнету. – Всё же мысль таковая меня ничуть не утешает.

– Почему же?

– Боги, какими бы они не были ничтожными среди богов, всё же есть боги.