Светлое время ночи

Словом, обвязать нижние ветви веревками, вырезать и приладить колки и приспособить сеть так, чтобы она упала на грифа, когда он сядет на умерщвленного кролика, можно было без особых трудов.

– Короля Лазури выпускают полетать по утрам – об этом мне известно из специальных донесений по «Трем тюльпанам». Это значит, что мы начнем завтра на рассвете. Все следует подготовить безупречно. Потому что если мы не сможем поймать Короля Лазури с первой попытки, значит, мы не поймаем его никогда. И тут уже никакие мои заклинания не помогут.

Гриф – умная птица. Два раза ее не провести на одной и той же мякине.

– Да тут хоть бы один раз получилось, – вздохнул Эгин. – Да с чего вы в конце концов взяли, Лагха, что птица полетит именно в эту сторону?

– Король Лазури вылупился из яйца в Онибрских горах, что от «Трех тюльпанов» на юго-западе. Значит, и на прогулки Король Лазури будет летать в юго-западном направлении. Такой уж нрав у грифов. Они всегда помнят о родине.

– Ну хорошо. Допустим. В грифах я не разбираюсь.

Но даже из общих соображений понятно, что грифу будет трудно заметить кролика, лежащего на опушке леса.

– Об этом не беспокойтесь, – отмахнулся Лагха. – Он разглядит даже цвет глаз у кролика.

– А если он будет сыт? – не унимался Эгин.

– Ни один гриф, как бы он ни был сыт, не устоит перед черным кроликом с белой звездочкой во лбу, – заверил Эгина Лагха.

– Странная теория.

– Это не теория. Это самая что ни на есть практика.

– Разве Свод имеет отдельную разработку по ловле желтых грифов?

Лагха расхохотался.

– Нет. Свод не имеет. Но я знаю, как ловить грифов.

– Если не секрет, откуда?

– В моем положении неприлично иметь от вас секреты, – растянул свои призрачные губы в улыбке Лагха. – Вы знаете обо мне так много, что сколько я ни добавляй, положение к худшему не изменится. Так вот: когда я был маленьким мальчиком, меня звали Дайл. Я помогал старшим братьям охотиться на этих своевольных и опасных птиц.

– Но в Варане не водятся грифы!

– А я и не говорил, что дело было в Варане.

Тогда я жил в Багряном Порту. До сих пор я могу говорить с южанами на их родном языке, потому что это и мой родной язык тоже. Правда, охотился я на грифов не в Онибрских горах, а на бурых кряжах Гэраяна. Но сути дела это не меняет.

Эгин едва не выронил лотос из рук от неожиданности. Из сказанного гнорром следовали как минимум две странные вещи.

Во-первых, что он не варанец по рождению, хотя говорит на варанском безукоризненно.