Универсал. Книга 2. Кадет

Несколько ударов один за другим скалывали с поверхности небольшие осколки, но уже спустя минуту вся поверхность монолитного человека затрещала и с грохотом развалилась на две неровные половины, шар света тихонько зазвенел, раскалываясь на части, и парень с ужасом схватил их, прижимая к себе.

Холод, бескрайний, бесконечный холод охватил все его тело, казалось что шар, вдавливаемый в живот, вот-вот окончательно рассыплется стеклянной пылью, и в то же время он пожирал тепло, превращая тело в каменную сосульку. Ему нужен жар, лава! Но стоило, приблизится, как она тут же застывала черными ошметками обсидиана.

Все так же прижимая сверкающий шар к груди, он выскочил по лестнице наверх и, не обращая внимания на холод, бросился еще выше, чтобы выйти на балкон расположенный прямо над пламенеющей гладью. Он должен был отпустить ношу, но понимал, что в полете она может просто рассыпаться на куски без всякого толка. И тогда, собрав волю в кулак, Максим шагнул на перила.

– ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ!?? – Взревели в разнобой три похожих и одновременно абсолютно разных голоса знакомых и таких далеких существ, безликих.

– То, что должен, – парень улыбнулся, и легко шагнул вперед, навстречу огню. Будто из другого мира до него донеслись крики…

– Мы теряем его! Температура уже под сорок, жаропонижающие не работают! – кричал Марк.

– Ты только что говорил, что он замерзает насмерть, что дальше? – в словах начальницы сквозила ярость и паника.

– Простите, Татьяна Борисовна, боюсь, я уже ничего не могу здесь поделать, препараты бессильны, электричества нет.

– Черт бы вас побрал, доктор, ну хоть что-то мы можем сделать?

– Простите…

Погружаясь в кипящую лаву Максим только и мог, что глупо улыбаться…

Глава 6. Пробуждение трех

Жар обжег кожу мгновенно сжигая нервы. Боль закончилась, не успев начаться. Но смерть не наступила. Он чувствовал, как жидкость в мышцах вскипает, отделяясь от скелета. Как кости обугливаются, становясь чернее ночи.

Он был холоден, словно абсолютное ничто. Словно вакуум в космическом пространстве. И хотя он испускал свет, в то же время сеял тьму. Все что соприкасалось с ним, все что приближалось, мгновенно остывало. Темнело. Становилось безжизненным и пустым. А он погружался все глубже. Спускался казалось к самому центру планеты.