Оккультист

Сделав последний шаг, я резко наклонился и воткнул нож в левую брючину. Хотя воткнул – громко сказано. Лезвие прошло насквозь, будто передо мной сидела голограмма. Не удержавшись, я шлепнулся на диван, а черный человек навис сверху, заинтересованно рассматривая оружие.

– Глупая попытка, смертный. Эту вещь используют не так.

Неожиданно возникло навязчивое желание воткнуть клинок себе в ладонь. Черный человек не так прост, но воздействие слишком примитивно. Я подвергал свой мозг более сильным внушениям. Больше всего происходящее напоминало провальный сеанс гипноза.

Будто неопытный месмерист приказывает что-то, неверно построив предложение. Сопротивляться можно, но этого не требуется. Слегка поддавшись давлению, позволил лезвию коснуться кожи, а затем сдвинул кисть и с яростным криком воткнул кинжал в диван по самую рукоять. Наваждение исчезло.

– Хм? Возможно, ты не столь бездарен. Спрячь мою шкатулку, Сергей. Я скоро за ней приду.

Произнеся последнюю фразу, он обратился в черный дым, быстро растворившийся в воздухе.

Откуда он знает имя? Мы точно не представлялись. Впрочем, черному человеку приходится скрывать этот набор букв куда сильнее. Половина трудов по демонологии уверяет: знаешь истинное имя – обладаешь властью приказывать. Насколько это соответствует действительности, еще предстоит выяснить.

Хотя с чего я взял, что он демон? Напрямую черный человек это не подтвердил. А если даже так, стоит делить слова гостя надвое. Зачем он вообще приходил? Предостеречь, напугать? Прямо не угрожал, хотя последнюю фразу можно трактовать двояко.

Мной интересовался вскользь, часто поглядывая на проклятую шкатулку. Выходит, все дело в ней.

Удостоверившись, что крышка закрыта, осторожно положил артефакт в карман джинс. Черта с два я буду ее прятать в съемной квартире! Уверен, все началось с открытия этой штуки или даже раньше, с ее воровства. Как же мало информации! Сейчас бы зарыться в книги и сделать пару звонков, но нельзя. Существо может затаиться рядом, наблюдать, глупо злить его еще сильнее.

Стоит вести себя как обычно, будто произошедшее не слишком меня впечатлило.

Выбросив окровавленную одежду, наскоро принял душ и замер у шкафа. А ведь это были последние брюки с рубашкой. Не люблю тратить деньги на тряпки. Мой гардероб никогда не отличался разнообразием, а после ухода из семьи вовсе истощился до кожаной куртки с капюшоном, пары джинс и трех футболок, не считая кучи носков, нижнего белья и пиджака, оставшегося в машине.