Оккультист. Книга 2

Цои свои вещи забрали, а в пропахший потом костюм не хотелось залезать сразу после ванны. Поэтому я решил высохнуть в таком виде, все равно лишние люди по квартире не шастают.

Забрав из коридора сверток с катаной, я положил его в шкаф к остальным артефактам. Хотел развернуться, но неожиданно холодное лезвие прижалось к моей спине, разрезая полотенце.

– Ты кто такая? И чегось забыла в кабинете босса?

Знакомый голосок. Я боялся, что в новом обличье начну иначе воспринимать звуки из-за физиологии и формы ушей, но, кажется, обошлось.

– Приятно знать, что я здесь главный. От тебя, Агафья, вообще не ожидал.

Позади раздался сдавленный всхлип и нож с жалобным звоном упал на пол. Детские ручки сорвали с меня полотенце, выставляя напоказ то, что было и так понятно по оголенной груди. Однако ведьму женщины явно не интересовали. Она закрыла глаза рукой.

– Ой дурак! Последний белый мужик оставался в доме. Жил бы, как шах при гареме.

– Так ты знаешь про Павла?

– С момента его смерти.

Не парься, я в отместку зарезала одну из узкоглазых близняшек. Кровь за кровь и все такое. Зла не держу.

Я не понял, шутит Агафья или нет, но на всякий случай решил не уточнять. Сегодня она выглядела особенно разболтанной: глаза лихорадочно блестели, рот приоткрылся в широкой улыбке психопатки. Хотя еще секунду назад девочка почти плакала. За века колдунья собрала в себе все известные психические расстройства. Представляю, каким шоком было создание телевидения или мировые войны.

В сочетании со старческим слабоумием тяжелая судьба превращала ее в бомбу замедленного действия. Но другой волшебницы в мире нет, придется работать с тем, что есть.

– Как ты вообще забрался в эту кобылу?

– Зомбирование. – Подняв с пола полотенце, я прикрыл им наготу. Никогда не любил нудизм, даже под равнодушно-скептическим взглядом Агафьи мне было неуютно.

– То есть тебя не смутило, что я так не делаю? Никто из магов разума не помещает свое сознание в пустой сосуд! Ты бы еще в животное вселился, экспериментатор.

– Не такой уж и пустой, – возразил я, вспомнив предсмертных трепыхания Наташи. – А в животных разве получится?

– У тебя? Больше нет, гений! Попрощайся с волшебством, – видимо, я сильно побледнел, потому что тон Агафьи смягчился. – Есть и хорошие новости: эта жизнь будет долгой! Баба, которую ты оседлал, крепкая, за здоровьем следила. Тело больше не разрушится от усиления пси-способностей.

– Так не пойдет.