Жрец. Свиток первый

Но меня привлекла приписка внизу плаката: «Также на время проведения мероприятия требуются игроки, знакомые с магией Восстановления. Оплата по договоренности», – вот она, работа, которую я искал.

Хилить гладиаторов между боями предложат, как пить дать. А это как раз единственное, что я умею. Ну, еще книжки могу вслух читать, но не думаю, что это сильно оплачиваемая работа. Восьмой и девятый удары, это самое утро, надо бы не проспать. И вообще прийти пораньше, вдруг мое место займет какой-нибудь монах Уроса.

До монастыря Мирены я добрался без приключений, практически не сверяясь с картой.

Наставник стоял там же где обычно, в глубине зала. Кивнув ему и не дождавшись ответа, я прошел в свою комнатушку. А вот келья моя несколько изменилась. Я даже решил сначала, что ошибся дверью, но ключ же подошел. Кажется, я не заходил сюда еще ни разу, после принятия Мирены своим покровителем. Послушникам дозволялся больший комфорт. Окно стало немножко шире, у стены стоял крепкий сундук для личных вещей, а в углу валялась охапка сена. Не то чтобы это сглаживало ощущение, что находишься в холодном каменном мешке, но прогресс налицо. Интересно, полагается ли местному епископу огромная дубовая кровать? Всегда такую хотел, резную на толстых ножках… когда поднимусь по местной карьерной лестнице, обязательно приобрету полочку для книг или лучше сразу целый книжный шкаф.

Я улегся на свою новую, пахнущую сушеной травой, постель. Хотел было заснуть, но из головы никак не желала уходить та девушка-проповедница.

Особенно ярко запомнился момент с заломленными руками и залепленным желе ртом. Хотя, что я мог, по сути, сделать? Броситься инквизиторам наперерез и красиво упасть на их мечи? Не по мне такие забавы. Идти в местную мэрию и просить об освобождении невинной женщины? Так она виновна в ереси, и это подтвердит любой, кто был на площади. Идти к зданию инквизиции Триединого и требовать рассказать, что с ней делают? Опять же на каких основаниях… простой послушник чужой веры, да меня самого рядом с ней посадят или положат, действительно не знаю, что здесь делают с еретиками. Не то чтобы я чувствовал что-то особенное к этой женщине, скорее боялся, что меня так же средь бела дня зажмут инквизиторы, и никто не поможет ничем. Причем из тех же соображений, что рождаются сейчас в моем мозгу.

Терзаться все-таки ни к чему, но к инквизиции стоит присмотреться. Да и вообще к этой новой вере, может, в чем-то права была проповедница, раз ее так быстро заставили замолчать.