Жрец. Свиток третий

Я прекрасно понимал, что все окружающее мне не принадлежит, и, по условиям следующей аскезы, придется с этим расстаться. Поэтому ничем не ограничивал фантазию аколитов и не настаивал на строгом оформлении.

Моя власть как духовного лидера заключалась не в прямых строгих приказах, а в новых начинаниях. Поэтому я сосредоточился на крупных расширениях: Мастерская Ядоварения довольно странно смотрелась в мирной церкви. Однако я рассчитывал с ее помощью убить сразу двух зайцев: докачать профессию до максимума и получить в свое распоряжение доступ к Кладовой ядовитых трав.

Еще Сунь в своем дневнике писала, что большая часть ядов входит в состав лекарств и противоядий. Кстати, почему она в последнее время не попадается мне на глаза? На скамейках удачно расположилась группа моих последователей, включая двух Батей. Я уже не помню, кому из них поручил слежку. Попробую обобщить ник:

– Так, Батя! Где Сунь?

Один из воров виновато опустил глаза:

– Не знаю.

Я продолжал требовательно смотреть на него.

В последнее время такие штуки удаются мне все лучше. Наверное, из-за особенностей класса: в зрачках будто плескался жидкий огонь. Некоторые игроки просили не смотреть на них в упор, странный блеск пугал.

– Да хватит, не знаю я! Ну, лажанул, прости, отец.

– Что ты сделал?

– Напал на нее. Да брось, не хмурься, девка не наша уже! Темная в городе светлых, знаешь, сколько за таких дает инквизиция?

– А сколько за меня дают? Орден, против которого мы боремся…

– Отец, при всем уважении.

Это старая игровая фракция, растущая быстрее нас и набирающая силу от схваток с демонами. Куда мы лезем?

Судя по молчанию остальных, они скорее поддержат его, чем меня. Да уж, Церкви Улыбок не хватает серьезной службы пропаганды. Разумеется, он не прав! Я поморщился, и вдруг вспомнил слова Аббатисы: «…остановись на мгновение… возможно, эти слова… верны». Замерев, прислушался к своим чувствам: гнев, нетерпение, яркое желание растоптать инквизицию. Но почему? Не Волков или Князя, а именно всю фракцию, ничего плохого не сделавшую мне лично.

Это вопрос для долгой медитации, разговора наедине с самим собой. Тем более не стоит поднимать эту тему в кругу аколитов. Я свернул со скользкой темы:

– Она выжила?

– Конечно, еще и меня дважды уронила. Вышла из последователей церкви. Прости, говорю же, лажанул!

После присоединения синеленточников количество последователей НПС достигло 278. Неудивительно было проморгать уход Сунь.