Из пепла

 – Максимилиан скрестил руки на груди и снова обвёл всех присутствующих суровым взглядом, словно они не работали последние три недели каждый чёртов день по четырнадцать часов, валясь с ног от усталости.

– Последствия спешки могут быть катастрофическими! – Тельварт стоял в самой гуще толпы и потрясал кулаками. Его уверенный голос далеко разнёсся по залу, пробуждая в сердцах забитых людей потухший огонь. – Мы вершим историю, а нас подгоняют палкой, словно скот, идущий с выпаса! Аристид забывает, что мы не ломовые лошади, которых можно выжать досуха и выкинуть!

Слова Одаренного всколыхнули толпу, и Максимилиан недовольно нахмурился.

Люди зароптали, но критической массы недовольства всё ещё не хватало, чтобы выкрики перешли во что-то более серьёзное. Людям не хватало решимости, и Тельварт, обратившись к своей силе, слегка подтолкнул тех, кто колебался сильнее других.

– Верно! Нельзя спешить! – Студий и Лендер, два исследователя, работавшие за соседним с Тельвартом столом, вскочили со своих мест.

Со стороны сложно было признать в них исследователей: оба широкоплечие и бородатые. Их можно было бы принять за братьев, но волосы Студия сверкали яркой рыжиной, а борода Лендера, казалось, была соткана из нитей цвета самой тёмной ночи.

Одаренный случайно услышал, что Студий и Лендер партнёры, и что их исследования были связаны с обработкой элиэнита. Судя по говору, мужчины пришли с севера, а значит за наружной суровостью и холодом скрывалась раскаленная магма ярости.

Той самой ярости, из-за которой северян боялись и называли дикарями. Той самой ярости, которая может стать искрой, пробуждающей пламя.

– Мы требуем передышку!

– Кажется, вы до сих пор не поняли, – процедил Максимилиан и трижды стукнул деревянным молоточком по столу. – Вы здесь делаете то, что вам говорят, и тогда, если преуспеете, то будете свободны.

Дверь за спиной старика открылась и из неё вышли восемь крепко сложенных агентов тайной полиции.

Он указал на Студия и Лендера.

– Этим выскочкам нужно объяснить истинное положение дел!

Лица мужчин окаменели, когда агенты тайной полиции направились к ним. Студий сжал кулаки и сделал шаг вперёд, но в следующее мгновение сверкнули клинки, и Лестер положил руку на плечо друга. Остальные исследователи не поддержали забастовку, а идти вдвоём с голыми руками против восьмерых вооруженных бойцов – самое настоящее самоубийство.