Из пепла

Оказавшись в привычной обстановке, воин на время отбросил тяжесть, висящую на его плечах. Но она ещё вернется. Она всегда возвращалась.

Моркант ощутил лёгкую нервозность в голосе мужчины. Не все жители Антика приняли свою судьбу как есть и надеялись лишь на то, что король найдет способ их спасти. Некоторые предпочитали брать всё в свои руки и занимались грабежом богатых и обладающих властью людей в отчаянной попытке завладеть эликсирами, защищающими от Бледной Погибели. Ну или на худой конец завладеть золотом и провести свои последние дни, владея горой заветного жёлтого металла, который стремительно обесценивался в умирающем городе.

Процессия приблизилась к злополучной подворотне и, как только конь Катаира переступил невидимую границу, раздался отчаянный крик и со всех сторон начали выбегать едва вооруженные оборванцы, облаченные в лучшем случае в старые потрепанные доспехи, а иногда и просто в лохмотья. В основном мужчины средних лет, но Моркант увидел среди них и нескольких подростков.

Ему сложно было винить этих несчастных за их попытки изменить своё положение. Королю не нужно было бояться, что Бледная Погибель заберёт его жизнь или жизнь его родных. Не стоило переживать о голоде или мародёрах, которые могут прийти за его пожитками и самой жизнью. Находясь на недосягаемой высоте, он не знал, что чувствуют те, кто обитает так близко к земле, и потому не собирался судить их. Но также не собирался и отдавать им то, что принадлежит ему по праву рождения.

– Копья! – Катаир воздел копьё и пришпорил коня. – Вперёд, защищайте короля!

Моркант ощущал в нападающих на него людях страх, смешанный с бессильной ненавистью. Они не верили, что король пытается спасти их, и хотели отомстить, надеясь продлить свою жизнь ценой чужой жизни. Одаренный проник в разум предводителя отчаянных оборванцев и узнал, что у них даже нет стрелков, их последний умелый лучник умер неделю назад.

Вожак банды не надеялся на победу, а желал лишь быстрой смерти, и Моркант подарил её.

Несокрушимый строй всадников прошел по отчаявшимся людям, как нож по маслу. Копья пронзали беззащитную плоть, и кровь лилась на мостовую, растекаясь тонкими алыми ручейками меж булыжников.