Пустые надежды

Король вёл под руку улыбающуюся Энгану, и у Вермина захватило дыхание: на девушке было надето легкое, воздушное платье цвета ясного голубого неба, распущенные волосы разметались по изящным плечам, а на аккуратно-очерченных алых губах играла радостная улыбка. Она словно сошла с картины искусного художника, и Вермин одёрнул себя, заметив, что стоит с открытым ртом.

В его груди схлестнулись бурными потоками два противоречивых чувства: восхищение Энганой, подкрепленное юношеской привязанностью, и горькая зависть.

Девушка не отрывала влюбленного взгляда от Арториаса, внимательно слушая каждое его слово и крепко держа короля за руку. Победоносный Вермин с трудом подавил желание выхватить меч и пронзить грудь Арториаса на глазах у Энганы. Тем более, скорее всего ему бы не удалось даже ранить короля, ведь о мастерстве фехтования Арториаса ходили легенды даже за пределами Терениса.

«Фехтование удел глупцов, которые умеют пользоваться только своими мускулами».

Полководец кисло улыбнулся Арториасу, и тот ответил дежурной улыбкой.

– Добро пожаловать в Лотер, мой верный полководец, Вермин Ариетес! – величественно провозгласил Арториас. Энгана сделала реверанс, приветствуя старого друга, но бурю чувств в груди Вермина уже было не остановить.

– Приветствую. Арториас, Энгана, – Вермин дерзко подошел и коснулся губами руки девушки. Щеки Энганы залил румянец, и она спешно убрала руку за спину. Сердце юноши забилось чаще, когда он коснулся шелковистой кожи на запястье, и Вермин посмотрел на своего соперника с вызовом.

– В жизни ты также стремителен, как и на войне, – ледяной тон Арториаса, казалось, сделал этот жаркий день чуть прохладнее. – Но не забывай, что перед тобой твои правители. Король и будущая королева.

Губы Арториаса слегка изогнулись в усмешке, когда он увидел реакцию Вермина.

«Чёртов ублюдок издевается!»

– Я сделал Энгане предложение, и она согласилась.

Но не стоит отвлекаться на сторонние вещи, ведь сегодня мы празднуем твой триумф! – король махнул рукой, приказывая следовать за ним, и направился во дворец.

Вермин на деревянных ногах проследовал за Арториасом, не отрывая взгляда от Энганы. Поющее сердце юноши провалилось куда-то глубоко вниз, и теперь он ощущал одно лишь разочарование.

«Она всё-таки решилась. Она выбрала этого напыщенного самовлюблённого болвана».