Эллариония

– Хм, бургомистр, что ли? Города такого я на карте Евстрая не припомню.

– С меня хватит! – завопил пленник и стал дёргаться, тщетно пытаясь сбросить кандалы. – Я сожгу вас всех! И передайте отцу, что он потеряет солдат из-за этой идиотской шутки!

В конюшню на шум влетел Сайлас, лейтенант Сурво и ещё один солдат Горлих:

– Сайлас, лошадиная твоя башка, зачем ты впустил его одного? – послышалось у входа.

Лейтенант Сурво с ходу, не глядя на капитана, подбежал к арестованному и вырубил его прицельным ударом кулака в висок.

– Сурво, объясните… – начал было начальник гарнизона, но лейтенант с разворота мощной оплеухой огрел Уоррена, чем выбил землю из-под ног.

– Горлих, Сайлас, чтобы никто не зашёл сюда в ближайший цикл. Отвечаете головой. И принесите ещё одни кандалы. Выполнять.

Солдаты ответили хором:

–Так точно, товарищ майор! – и спешно удалились.

– Что за… – успел произнести Уоррен, перед тем как поймал лицом ещё одну оплеуху.

– Слушай сюда, щенок бюрократа, – схватив парня за подбородок, процедил Сурво.

 – Ради твоего назначения проклятый комиссариат инициировал проверку и нарисовал на меня компромат. Но я же добрый, согласился принять этот беспредел как должное. И понижение в звании. И твой непробиваемый инфантилизм. И даже надменное отношение. Но ты пошёл дальше! Прочитал в моём досье об отце? Что ещё ты прочитал, а? Отвечай?!

– Что вы себе позволяете, лейтенант? – простонал Уоррен.

– А я тебе отвечу, что ещё там было. Ни слова правды. Ни слова о моей настоящей службе! Ни слова, что я годами, потом и кровью шёл к званию майора.

Но всё закончилось, когда какому-то шакалу из столицы захотелось пристроить своего щенка на годик, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Как удобно, не находишь?!

– Я не понимаю, о чём вы!

– Конечно. Куда тебе. Ты никчёмный. Я присматривался к тебе три дня, но ты только и делал, что сидел в башне. Да о чём с тобой можно говорить, ты даже копьё держать не умеешь!

Из-за спины Сурво появился лейтенант Горлих.

Они наскоро заковали Уоррена, привязав в загоне напротив первого бедолаги, и собрались уходить.

– Лейтенант, это преступление. Вы не можете так поступить! Это трибунал!

– Посидишь здесь цикл, а может, и парочку. Пока не поймёшь, кто здесь действительно главный, будешь коротать время не в моей башне, а в лошадином дерьме, – с ухмылкой сказал Сурво. Наклонившись к самому уху лежащего парня, он прошептал: – Ах да, запоминай. Теперь для тебя я майор Сурво.