Крысолов

 – Если за тобой кто-то крупный, как кит, если просто моя рожа ему не мила или светиться не хочет здесь лишний раз, то разговор продолжаю. Если нет – без обид. Что скажешь, Крысолов? Только скажи имя, и я сам выйду на него, все сделаем незаметно, честь по чести… Но ты-то свои три процента, конечно же, получишь. Я работаю честно.

Хитер, хитер старый вояка…

Если секвенсор он не достал с первого раза, то пытаться во второй раз и не будет. Ни за какие деньги. Кеша любит стабильность, и слишком сильно никогда не рисковал.

Старенький он уже, три дочки, да всем приданное надо, да внуки скоро табунами пойдут.

Но выяснить, зачем это вдруг Крысолову – такому простому парню, всегда занимавшемуся, в общем-то, мелочевкой, а тут ему вдруг секвенсор понадобился! – это Кеша все же решил узнать. Инфа карман не тянет, а процентами обрастает…

Прямо спросить не рискнул, обходные маневры затеял… Историю какую выдумал. Ну не может, не может этот старый жидовский пройдоха не знать, что такое секвенсор «Гончар»! Что за ним стоит и каков уровень тех, кто в такие игры играет.

Хитрит, ой хитрит, старая складская крыса…

– Ладно, без обид, так без обид, – сказал Стас и усмехнулся. – Серьезных неприятностей из-за меня не схлопотал?

Кеша улыбнулся. Опять очень по-доброму, но все-таки с прищуром. Да, такого просто так вокруг пальца не обвести. Не Рубаков какой-нибудь. Этот понимает, когда ты понимаешь, что он понимает.

– Добрая ты душа, Крысолов… Нет, слава богам, ничего не стряслось.

Мелким испугом отделался. А как известно, что нас не убивает, то делает нас крепче. Будем считать, мой товаровед по хай-теку прошел боевое крещение. В следующий раз будет не дрожать, а головой работать…

Ох, врет. Врет и не краснеет. И главное, все свое вранье в голове держит. За эти годы уже километры вранья выткал, но ни разу не запутался.

– А к тебе, гляжу, живность разная так и тянется… – Кеша кивнул на Серого. – Что это за зверюга? Продаешь?

– Да нет, это так… дворняжка приблудная.

Стас потрепал Серого по загривку. Серый стряхнул руку и обиженно проверещал что-то.

– С характером животинка, да? – улыбнулся Кеша.

Особой любви к животным за Прапором раньше не замечалось. Деньги он любит, вот что. Деньги и только деньги. Ну, может, своих дочек еще. Которым, опять же, нужно приданное. То есть, в конечном счете, опять же деньги. А время, как известно, их частный случай…

Тактичный народ, эти евреи.