Крысолов

Ладно, разберутся сами… Стас толкнул стеклянную дверь и шагнул в полумрак. Постоял, пока глаза привыкнут к темноте. Седая крыса терпеливо ждала рядом.

– Ладно, пошли, – сказал Стас.

Достал из кармана фонарик – красный и тусклый, но тут больше и не надо. Был здесь не один десяток раз, при желании можно и на ощупь пройти. Не ради того, чтобы мраморные облицовки разглядывать…

Седая крыса засеменила в темноту.

***

Она довела до середины зала «Арбатской». Скользнула в сторону, на лестницу.

Провела по переходу между станциями. Прошли коридор, завернули – и впереди заплясали отблески огня. Крыса остановилась. Выразительно поглядела на фонарик и пискнула. Повелительно.

– Да ладно тебе…

Детский сад какой-то. Фонарики здесь, видите ли, запрещены. Обойдутся!

Крыса, не двигаясь дальше, опять пискнула. Громче и жестче. Из темноты тут же вынырнули еще мордочки.

Стас вздохнул. Ну, Арни, ну поросенок! В строгие порядки играет, паразит. И ведь не поспоришь. Вон какие шерстяные аргументы…

– Ладно, не блажи…

Черт с ними… Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы… Стас затушил фонарик.

Ладно, немного осталось. В конце концов, пол здесь гладкий, за порядком тут следят. Особо спотыкаться не обо что.

Где-то рядом, затерявшись во тьме, семенила седая крыса. Когда они свернули к лестнице, крысу опять стало видно. Отсветы стали куда ярче, впереди был зал «Боровицкой».

В дальнем конце, у торцевой стены, горели два факела. По краям зала, отделяя от посадочных платформ, шли колонны.

Вдоль них выстроились крысы. И справа, и слева. Ровненько, через полметра. Все самцы и все, как на подбор, здоровенные. Хотя почему – как? Они и есть на подбор. Личная гвардия. Полбатальона, а то и больше.

Серая крыса отстала и куда-то нырнула. У основания лестницы были еще две старых крысы – тоже бывалые и опытные. Лейтенанты. Едва Стас сошел с лестницы, они зычно, в унисон, пискнули.

Все три – а может, и четыре – сотни тварей поднялись на задние лапы, вытянулись стрункой.

И резко упали вниз, клацнув когтями по гранитным плитам. В гулкой тишине старой станции этот звук впечатлял. Торжественной приветствие. Ох уж этот Арни… Мальчишка, он и в джунглях мальчишка, и в подземельях старого города.

Играет в солдатиков. И что с того, что его солдатики не похожи на людей и вполне живые? Так даже интереснее, наверно.

У торца, между факелами, огромное кресло – настоящий трон, который Арни перетащил из какого-то музея.