Вечность и Тлен

Я испытывала смутную тревогу, какое-то предчувствие, которое списала на интуицию.

Надвинув поглубже капюшон и ступив на колею дороги со свежей насыпью земли, я скосила взгляд на Кьярина, который шёл на пару шагов впереди своей резвой, полной энергии походкой.

У младшего брата Винсента было лицо молодого юноши с очень тонкими чертами и выступающими скулами. Будто не воин, а отпрыск аристократической четы, который получал образование в одном из закрытых элитных заведений столицы.

Я заподозрила, что Кьярина отправили в город вместе с нами, чтобы они с врачевателем вновь не сцепились.

Регис остался – могло стать помехой то, как неважно он управлялся с мечом. В то же время вся свита Сильфы Зефирос состояла из самых умелых воинов. Иначе бы глава ордена просто не покинула обитель. Из разговора на привале я поняла, что в отсутствие дэвы её место временно вновь заняла мать, уступившая столь важный пост своей дочери почти восемь лет назад.

В очередной раз поправив капюшон, я прибавила шаг.

Ладонь мимолетно коснулась эфеса Туманного, сжимая его вместе с тканью плаща, разделяющей металл и кожу.

Люди в городе беспокойно мельтешили по улицам. В основном это были мужчины. Кто-то подтаскивал дрова и следил за костром, чтобы он не разгорался слишком сильно и в то же время не потух. Нам попалась семья, которая прямо в этот час покидала город. Но не все могли позволить себе повозку или даже лошадь – так же как и вовсе покинуть его. Сезар был прав.

Чужой страх словно отягощал сам воздух.

Беспокойство застыло в каждом лике.

Но в царящую тревогу внезапно вклинился крик паренька, который бежал вниз по улице. Его тонкий голос, ещё не успевший сломаться, словно отскакивал от стен окружающих домов, усиливаясь и разлетаясь по ночному городу. Засмотревшись на один из домов, в окнах которого появился свет, он неожиданно поскользнулся на ещё не до конца высохшей луже, оставшейся после дождя. Он врезался в Люция и, в попытках устоять, вцепился в его плащ, потянув ткань вниз.

Она натянулась, оголяя шею даэва. Змея из сока морозии сверкнула в отблеске пламени ближайшего костра.

Мальчик, быстро опомнившись, восстановил равновесие и поднял голову. После вздрогнул и, стремительно попятившись, боязливо поклонился.

– Извините, господин, – пролепетал он, то ли просто осознав, что перед ним даэв, то ли заметив змею на шее и поняв истинную личность дива.

Внимательно наблюдая за лицом паренька, я подумала, что скорее первое.