Сон и Пепел

– Интересно, когда ты все вспомнишь, будешь ли так же его защищать?

– Он мой брат. Буду, – не колеблясь ответила я.

И добавила про себя: «Что бы ни произошло».

Моран сдержанно улыбнулся. Его улыбки могли быть разными: холодными, враждебными, коварными или теплыми и благожелательными. Я видела, как он улыбался своим истинным врагам, и пока я к их числу явно не относилась.

Майя крепко сжала мою ладонь.

– Тихо. Не переживай, – прошептала я.

– Ты в ее теле, это лучшая гарантия безопасности, Майя, – хмыкнул Люций, подпирая рукой подбородок.

Кожа на его изящных запястьях показалась мне слишком бледной. На пальце виднелось тонкое полупрозрачное колечко, созданное из кристала.

Девушка вздрогнула и напряглась.

– Не беспокойся, он шутит.

Уголок его губ поднялся еще выше.

– Даже когда мы поменяемся, никто тебя не обидит, – повторила я, не сводя взгляда с Морана. – Он обещал.

Услышав последнее, теневой див покачал головой. Весь его вид говорил: «Ты же знаешь, моим обещаниям нельзя верить».

Упрямец.

– Хватит ее пугать. Я должна ей услугу, и, если с ней что-то произойдет до того, как я верну долг, поплатишься ты.

– Ты слаба. Не разбрасывайся подобными обещаниями, пока находишься в столь жалком состоянии. Особенно, не зная всего. – Люций недовольно нахмурился, больше не смотря на меня. И не было до конца ясно, о каком именно обещании он говорит. О моем обещании ему или Майе?

Оставшуюся дорогу мы провели в молчании. Моран все время глядел в окно, Рафаиль достал из складок мантии книгу и, погрузившись в чтение, принял отсутствующий вид.

Лишь раз экипаж остановился, а Люций незадолго до этого полностью задернул шторы, скрыв происходящее снаружи. Сделав это, див с тем же насмешливым и в то же время загадочным выражением лица посмотрел прямо на меня.

Взгляд Морана был сосредоточенным, пристальным, словно он видел самую суть. Удивительно, что его ничуть не смущала моя нынешняя оболочка. Наоборот, она забавляла парня, который, несмотря на свой внешний вид, каким-то образом прожил в два раза больше меня.

Карету качнуло.

«Что-то погрузили…» – догадалась я.

Совсем скоро экипаж вновь пришел в движение.

Мы пробыли в пути еще около часа, на улице уже царила глубокая ночь, до рассвета оставались считаные часы. Но, несмотря на тяжелые сутки, спать не хотелось. Внутреннее напряжение не позволяло закрыть глаза.

Вскоре колеса застучали жестче – мы выехали на мощенную камнем дорогу.