На краю Бытия. Книга первая. Переплетение миров

Новый коллектив, новые знакомства и великолепная, эффектная соседка по парте, в которую он влюбился всем сердцем, тщетно выискивая взаимность.

В то время у нее была другая фамилия. Куприянова. И Наде всегда нравились мальчики постарше. Сергей был дико разочарован, когда увидел, как утром в школу ее подвозит крепкий, черноволосый юноша на серой девятке и как они целуются перед тем, как десятиклассница выпорхнула из чрева машины ему на встречу.

С тех самых пор он постарался вырвать ее образ из сердца, в юношеском максимализме больно переживая неудавшуюся, щенячью любовь.

И когда он нашел новый объект обожания, Надя стала ему совершенно безразлична.

Совесть оказалась на развилке. Сергей, не хотел видеть какие бы то ни было привидения снова. Особенно сейчас. В то же время, он хотел хоть как то насолить Ринату, но на это у него было чересчур мало информации. Привидение могло рассказать многое, но чувствовать пугающее присутствие убитого человека рядом, да еще впустить ее самому, было очень тяжело.

«Впустить ее в дом.

Ну и что прикажете делать, а, Надежда? Чаем вас не напоишь, фильм не посмотришь, в кресле не посидишь. Впрочем, была, не была!» Сергей порывисто встал и отошел на середину комнаты.

Чувствуя себя ребенком, пытающимся завести сложный, механический агрегат, о котором он ничего не знал, кроме того, что агрегат большой и блестит, Сергей, остановив взгляд на китайской люстре, висящей на потолке, медленно и четко проговорил первую пришедшую на ум формулу, вкладывая в каждое слово множество противоречивых эмоций.

Освещаемый светом монитора, Велесов сам напоминал призрака, материализовавшегося посреди комнаты.

– Надежда Панфилова. Я отворяю двери своего дома для тебя. Входи, – его голос сорвался на шепот, – Ну или как-то так, – более громко и решительно добавил Сергей после непродолжительной паузы.

Блеснули мертвенным, зеленым проблеском его глаза, выдавая подавляемое, что есть силы чувство страха внутри сжавшейся души.

Холодный ветер тихо подул из-за спины. Не только ушами, всем телом Сергей услышал, ощутил, как медленно и противно заскрипела дверца платяного шкафа за его спиной.

Раздался звонкий, мокрый шлепок, как будто огромный слизень с большой высоты упал на пол, разлетевшись на мокрые ошметки по комнате.

Босые ступни Сергея окатило водяной пылью рассыпавшихся в воздухе, холодных, дурно пахнущих капель.

В тишине ночной квартиры, раздался леденящий душу громкий, искаженный женский стон и громкое, надрывное сопение.