Я превращу твою жизнь в ад. Герадова ночь

Глава 6

Секретное оружие

Дождь приутих, как притихает свора собак, лающих друг на друга, но ни у кого не оставалось сомнений – это временно. Темные тучи наваливались на горизонт, будто пытаясь его поглотить. Солнце опустилось так низко, что мутному свету, рассеиваемому облаками, едва хватало сил не подпускать близко наступающую ночь.

Уже на подступах к академии студентов становилось больше, такое же явление наблюдается по утрам, когда все спешат на занятия, с единственной лишь разницей, что все учащиеся исчезают в замке, а не толпятся возле него в плащах, будто принадлежащих членам ордена иллюминатов – с широкими и глубокими капюшонами, надвинутыми на лицо.

Многолюдно. Шумно.

Возбуждение витало всюду. Я замечала его в лицах. В них одни эмоции стремительно сменялись другими – от заразительного смеха до нервного напряжения, в вихре которого участники заблаговременно разглядывали и оценивали других, будто вот-вот собирались вступить в бой. Одни не могли устоять на месте, как мышки в клетке передвигаясь между группками, другие, не стесняясь, носили с собой оружие, по большей части выполненное из дерева, – ничего по-настоящему опасного, но это все равно не внушало спокойствия.

Надо перевязывать. Долго я так не протяну.

– Деньги – поистине великая вещь, – пробормотала себе под нос.

– Еще какая! – вторил Ридж, в отличие от меня головой он не вертел и выглядел донельзя собранным.

Контраст на контрасте. Надо брать с него пример.

– Ридж, зачем тебе выигрыш? Как я догадываюсь, уроки у ректора ты брать не намерен. Но твоя семья и без того богата, – спросила я, не обдумав вопрос заранее. Однажды моя порывистость сыграет против меня.

– Они вмиг лишат меня средств, если я сделаю не так, как надо, – туманно изрек Ридж, повернувшись.

Я поймала остатки горькой полуулыбки.

– Так, как надо? – ухватилась за прозвучавшие с другой интонацией слова.

Я лезу в личное. Загадка лезет в чужие секреты. Черт! Кажется, мне начинает нравиться это прозвище, будто во мне действительно есть что-то куда более таинственное, чем испуганная девочка, затерянная в опасном мире.

Хотя больше не испуганная… Нет, чуть-чуть страха осталось, только дураки ничего не боятся, но появилась стойкая уверенность в себе.