Кель и Джил. Тайны древних

 – С горечью в голосе подменит юноша. – Всё упиралось в силу. Люди не желали объединяться под началом даже самых волевых личностей просто потому, что не верили, что даже если бы они и сплотились, то смогли бы противопоставить хоть что-то армии эльфов. Существ, которые от природы обладают более развитыми органами чувств, выше, сильнее, выносливее, и быстрее любого, даже самого лучшего человека. И это, не говоря уже о том, что каменные топоры и копья не добавляли и капли уверенности против кованных мечей, секир и щитов, а ещё стрел с металлическим наконечником.

 – В голосе лекаря звучала горькая насмешка. – И не стоит забывать, что тела людей защищали лишь варёная и дублёная кожа, а эльфов полные латные доспехи. Поэтому каждое племя заботилось исключительно о спасении шкуры собственных сородичей. Все они кочевали и прятались, в надежде, что именно их не отыщут, и, таким образом, им удастся сохранить свободу, и всё-таки, несмотря ни на что, рано или поздно в рабство попадала очередная семья, считавшая себя самой умной и хитрой. И, когда уже казалось, что всё потеряно и выхода нет, пришли они, – Кель выдержал театральную паузу, во время которой выпятил грудь так, будто самолично принимал участие в указанном историческом событии, – Освободители! Первые маги, когда-либо известные истории. Всего четверо: властелин огня – Вал’Ражин, братья, повелители воздуха и воды, соответственно – Нагур’Мон и Онан’Дэлл, а также заклинатель земли – Джар’Шасс. – Эти имена Кель называл со священным трепетом в голосе, глядя прямо в глаза собеседнице, а вот на лице Джил не дрогнул ни один мускул, но юноша, войдя во вкус, теперь уже вещал, не обращая никакого внимания на степень вовлечённости девушки.  – Если говорить точнее, то самым первым магом является Вал’Ражин. Когда эльфы захватили в рабство его клан, он оказался единственным, кому удалось скрыться. Он сбежал в горы, и начал размышлять над планом по вызволению своей семьи из плена. Но у него не получилось придумать ничего достойного. И тогда горе, отчаяние и ярость охватили его с такой силой, что ему показалось, что он начал сгорать изнутри. Но, приглядевшись, он понял, что жар, который он испытывал, оказался не метафорическим – всё вокруг него объяло яркое алое пламя! Тогда-то на него и снизошло озарение – Вал’Ражин открыл истинные способности человеческой души – он долго практиковался, все глубже и глубже познавая вновь открывшиеся способности, и, наконец, покорил огонь, полностью подчинив его своей воле.