Пути океана: зов глубин

С заложенными за спину руками Витал медленно брёл вдоль обёрнутых старой парусиной больших свёртков, в очертаниях которых угадывались человеческие тела. К ногам каждого было привязано по пушечному ядру.

– Капитан, поглядите-ка, какой у нас тут улов! Решили, что это один из наших за борт угодил. Ан нет… Взгляните же! – торжествующее пыхтение Лукаса разрушило момент.

Он сбросил с плечей бессильное, но крупное тело пирата и прислонил его к борту. С промокшей до нитки одежды по палубе тут же растеклась приличная розоватая лужа.

– …правда, он еле живой…

Витал устало подошел к пирату. С мокрых длинных волос, закрывающих лицо чужака, бежали тонкие ручейки. Капитан вздохнул.

– Ценная находка, Лукас. И что мне с этим делать?

– Ну может подлечим, будет палубы драить или гальюн… Мало ли… – пробурчал юнга.

– Действительно. Велю Маркизу тотчас бросить заниматься нашими и срочно лечить какую-то крысу… – Витал устало потер шею и присел к гостю, – Эй, приятель! Назови хоть одну причину, почему мы не должны тебя вернуть обратно за борт?

Он наклонился над пленным, но тот лишь тихо застонал.

Только сейчас под изрубленным бушлатом капитан разглядел плечо, в котором зияла глубокая безобразная рана. Открытые участки, на мускулистом теле проглядывающие сквозь рваную ткань одежды, отливали белизной. Множество линий татуировок казались чёрными.

Истёк кровью. Не жилец…

Пленник закашлялся и что-то проговорил. Витал присел напротив в попытке расслышать и сейчас же скрипнул зубами от боли в боку и мышцах.

Ему в грудь вяло ткнулся сжатый кулак со сбитыми костяшками.

– Среди волн… мы… находим… истину… – прошептал пират.

Рука его бессильно опала, и пара круглых резных золотых колец покатились по доскам палубы.

Витал уже понял, кто перед ним, но все же убрал мокрые волосы с бледного лица умирающего.

Его легко было узнать, даже несмотря на косматую бороду и полностью заплывший левый глаз.

Венсан.

Сколько лет назад они говорили в последний раз? Что сделали с ним годы? Узнал ли он Витала? Как вышло, что он стал изгнанником? Почему, Морской Дьявол подери, он оказался в этих водах и напал на бывших согильдийцев? Неужто на его-то борте не было переговорных флагов?!

Витал молча смотрел на знакомое с детства лицо и понимал, что ответов он никогда не узнает.

Единственный видимый глаз закатился, а ледяная посиневшая ладонь говорила о том, что Венсан пребывал уже в ином мире. Запоздалые попытки привести его в чувство оказались тщетны.