Разум в зоопарке

Самая опасная в этом деле Нюрка. Хотел я к ней переговорщиков отправить, да дураков не нашлось. Пришлось самому идти. Тут то и начинается страшная сказочка…

***

Смеркалось, (понимаю, что штамп, да ведь на самом деле смеркалось). А в это время хата Нюрки особенно зловеще выглядит. Стучусь, я значит, двери открываю, а она мне сразу: «Мясо хочу!». И знаете, очень страшно в этот момент стало. Говорю ей: «Не вкусный я – слишком долго на государевой службе служил. А тот, кто долго батюшке царю служит – очень горький на вкус.

Это я как эксперт говорю, недаром наши дипломаты не пользуются спросом в людоедовых странах!». А баба эта как топнет ногой и говорит: «Ты мне зубы не заговаривай, а живо мне трех баранов неси, а то получишь у меня промеж глаз». Ничего не поделаешь, пришлось идти на царские фермы.

Сразу скажу, что смотреть на Нюрку, поедающую баранов, удовольствие не из приятных, да, вот, добреет она в это время. Описал я ей все достоинства Горыныча. Говорю, что и богатый он и знаменитый. А Нюрка спрашивает: «Симпатичный мужик-то, емтот, Горыныч».

«Горыныч, – говорю, – мужик хоть куда! Троих стоит!». «Тогда пойдем, – отвечает Нюрка, – жениться!».

В общем, подошли мы к пещере Горыныча. А нюх у этого Горыныча как у собаки. «Так, – говорит, – если сейчас не смоетесь отсюда – будет у меня шашлык на ужин!». Нюрке за словом в карман лезть не надо: «Сейчас, – говорит, – если кто-то хайло свое трехпалубное не закроет – будет у меня сумочка крокодиловая!». Ну, все, думаю, брак не удался. А змеюка эта и говорит: «Нравишься ты мне, баба мерзкая, сто государств облетел, сто принцесс захавал, а таких шикарных баб не видывал!».

«И ты мне нравишься, змеюка сволочная, – отвечает Нюрка. – Так и быть – выйду за тебя замуж!». И думал, я было, во дворец свинтить, да Горыныч говорит: «По древним традициям рода Горынычей, свахи живут в доме молодых в качестве домашних питомцев. У меня и клетка для тебя имеется!». Вот тогда я и понял что, попал…

Соломку мне, значит, в клетке постелили и лоток поставили.

Ну, думаю, и на том спасибо. А если еще и кормить будут – чем не курорт? Оно, ведь, на царя работать – с ума можно сойти. До пенсии вряд ли доживешь. А тут тебе, понимаешь ли, полный уход.

Шел третий день моего животного состояния. Лежу – щи из миски лакаю, а Нюрка и говорит Горынычу: «Иди жрать, змеюка сволочная!». А Горыныч ей отвечает: «Иду, баба мерзкая!». Впрочем, как всегда, да только разговор у них не задался за обедом. «Хочу шубу новую!», – говорит Нюрка.