На краю Бытия. Часть вторая. Последний оплот человечества

Уставившись в пасмурное небо расширившимися зрачками, папа Алисы захрипел в последний раз и замер на сыром асфальте широкого, мокрого автобана, под безразличными каплями дождя, льющимися сверху.

Возле поверженного бензовоза деловито суетилась женщина. Стройная, еще молодая, с бронзовым загаром кожи она неторопливо приладила к борту бензовоза аналогичный сверток с взрывчаткой. Уходя, она вскользь бросила на Алису полный холодного презрения взгляд карих глаз и на ходу брезгливо потрепала отчаянно рыдающую девочку по макушке, которую еще совсем недавно нежно касалась мягкая рука папы:

– Не плачь, малышка! Твой папа был отличным ученым, и Орден по достоинству оценил его потуги.

Дальше в производстве вакцины мы разберемся сами. Его услуги больше не нужны. Прощай, – Женщина неторопливо исчезла между кузовами легковых машин.

Взрыв бензовоза был страшен. Огненная волна, поглощая автомобили, распространилась далеко в стороны от вспыхнувшей цистерны с горючим. Вал ревущего пламени опалил Алисе веки, выжигая глаза.

Все произошло так быстро, что болевые рецепторы не успели отозваться на множество ожогов, черной коркой покрывших ее молодое тело.

Ее стремительно перекинуло взрывной волной через горящие автомобили в сторону, в ограду одного из домов, хозяева которого поспешно выбегали через заднюю дверь, стремясь укрыться в лесу от бушующего катаклизма.

Адское пламя мигом поглотило и их. Ограда пылала. С закрытых стаек ревели умирающие животные. Всего этого Поставская не слышала.

Ее разум погрузился в спасительный мрак.

Дедушка прибыл на место аварии два часа спустя. Оживленная трасса больше напоминала филиал ада на земле, чем пригород крупной Европейской столицы.

Пасмурное небо рыдало грозовыми раскатами. Автомобили специальных служб расчерчивали пространство в красно-синие тона проблесковых маячков. Невыносимо пахло гарью и жженой плотью.

Настоящие пожарники как раз заканчивали тушение небольшого двухэтажного дома, попавшего в сферу взрыва.

Точнее особо тушить было нечего – во избежание повторного возгорания специалисты просто проливали обугленные, потрескивающие головешки на месте крупного строения.

Черные остовы машин ко времени прибытия деда аккуратно свезли в одно место – дорожные службы припарковали горячие груды металла ровными рядами на обочине. Безошибочно угадывалась форма большого, бронированного фургона, с разорванного брюха которого торчали перекушенные пневматическими кусачками цепи.