На краю Бытия. Часть вторая. Последний оплот человечества

По неизвестным мне причинам, дорога, по которой идете вы, пока свободна от противника, продолжающего маневры вдоль стены и подтягивать подкрепления со всех подконтрольных земель. Объяснить это пока не могу, как и действия спецподразделения, атаковавшего вас. Возвращайтесь в деревню. Там безопаснее. Береги Алису. Жди дальнейших вестей, а я пока постараюсь разрешить вашу проблему. С уважением твой дядька – Байкал Дансаран Ольхонович»

Завершала письмо хорошо знакомая подпись и личная, синяя печать преподавателя института, что полностью исключало подделку.

Вслух прочитав содержание записки своим соратникам, Руслан вопросительно взглянул на них, выискивая в их глазах ответы на безмолвно заданные вопросы.

– Да и не больно-то в тюрьму хотелось, – хлопнул по плечу Велесова Станислав, – зато тайга позади пустая. Авось пронесет. Да и все же на свободе лучше, к тому же когда еще мне доведется в столь интересной компании отправиться в путешествие? Давно хотел посмотреть что там – на пространствах Сибири.

Только духа не хватало. Да и не разрешил бы никто.

– Вот скажи мне, Слава, – спросила инженера Поставская, – отчего ты то нормально говоришь, то, как деревенщина изъясняешься?

Суриков зарделся пойманный на сокровенном:

– Ты понимаешь, когда себя контролирую – нормально мысли излагаю. Но стоит забыться или разволноваться, так вся моя подноготная наружу лезет. Душу, как говориться, не пропьешь. А она у меня что ни на есть русская, настоящая, деревенская. К тому же у меня учителя хорошие…

– Какие это еще учителя? Мы же с тобой на одном курсе учились.

Что-то я не больно видела, чтобы с тобой кто персонально занимался.

– Занимались, Алис, занимались, – довольно туманно и загадочно ответил Суриков, – пытались сделать настоящего, нужного человека. Как видишь – я иногда успешно притворяюсь таковым, – инженер сам рассмеялся собственной шутки и первым зашагал в обратном направлении, благо, что ушли недалеко…

Амон лежал на огромном, занавешенном ложе, весь покрытый черными пятнами разрастающихся метастаз.

Чувствуя, как день ото дня увядают его силы, он не тратил их на иллюзию, предпочитая оставаться в реальном, изможденном, одряхлевшем теле последнего представителя атлантов.

Верховный Магистр умирал в гордом одиночестве, так и не заключив контракта с Черным Богом, через своих представителей пообещавшего исцеление последнему Первородному, взамен на его полную покорность.

Его не устраивала роль шута и марионетки.