Милосердие

Это она тебе понадобится. Твой Абаддон ещё с таким не сталкивался.

Глава 5: Конец отдыху

С ранней зарёй уютный солнечный свет, как всегда, постепенно заливал всю избу, набирая силу и становясь всё более и более ярким. Вскоре он начал бить прямо в глаза, заставив их открыться. Здоровый, как медведь, бородатый мужчина с курчавыми волосами лет чуть более тридцати спросонья оглядел хату и понял, что он один. Громко зевнув и слегка потянувшись, он перевернулся на другой бок, но яркий свет уже не давал уснуть. На печи, где он лежал, стоял глиняный кувшин с налитым в него молоком, а рядом блюдце со свежеиспечённым хлебом.

Испив немного из кувшина и съев кусок хлеба, он сложил руки на краю печи положил на них подбородок. За все те годы, что он провёл здесь, его так и не покинуло его единственное и непреодолимое желание встать и куда-нибудь отправиться. Он не хотел вершить великие дела или бежать через всё поле. Ему просто хотелось пройтись по родным местам.

Однако, он уже давно привык, что, похоже, его желанию никогда не сбыться, а он сам так и останется наедине со своей мечтой.

Конечно, этот день был похож и на остальные. Всё-таки немного насмотришься, если будешь всю жизнь валятся на печи. Если бы только его могучие, но бессильные ноги хоть немного слушались.

Его матушка сама обучила его грамоте и дала все основные знания, какими владела да и про общую ситуацию на Руси всегда рассказывала. И всё же хотелось бы самому пройтись по Киевграду, найти таинственное Лукоморье, да и вообще повидать мир.

Но надо было хотя бы встать, а этого он не мог.

И тут, подобно грому в ясном небе, с грохотом отворилась дверь, и свет стал гораздо ярче и сильнее. Мужчина сначала прикрыл глаза рукой, а затем увидел невообразимое: огромная, излучающая свет птица, смотрела прямо на него. Мужик не мог ничего сказать от удивления, а только заворожённо наблюдать за дивной птицей с огромным хвостом и крыльями и огненно-красными перьями. Птица тут же сказала:

– Илья, ты…

– Ааааа, говорящая птица! – тут же испуганно крикнул Илья и сразу запустил в птицу кувшин с молоком, от чего та упала на пол, с грохотом уронив остальные кувшины.

– Илья, зачем…

– Что явилось сюда, чудище? Душу мою хочешь, сейчас, только поищу тут, – продолжил мужик, достав вилы с вершины печки.

– Стой, Илья, не надо, послушай меня.

– Откуда имя мое знаешь? Что хочешь?

– Знаю я, что ты Илья Моровлин сын Иванович. Знаю про тебя всё. И что на печи лежишь всю жизнь, и что мир ты не видал.