Исчезнувшие в Кадыкчане

 – Здесь есть какое-нибудь поселение поблизости?

– А сколько мы уже проехали?

– Сто шестьдесят три километра.

– Тогда мы уже должны были доехать до Кадыкчана.

– Поселок-призрак, – пробормотал Карпухин.

– Что ты сказал?

– Ничего… – буркнул Олег и уже громко произнес, обращаясь ко всем своим спутникам: – такие дела… Запаски у меня нет. До утра мы вряд ли что-нибудь придумаем. Придется ночевать здесь.

– В машине? – спросила Семенова.

– В машине вы окоченеете, – откликнулся Карпухин. – Я зря жечь бензин не стану.

– А в поле мы не окоченеем?!

– Окоченеем. Поэтому будем искать жилье.

– Откуда здесь жилье?

– Судя по спидометру, мы должны быть возле Кадыкчана.

– Да это все равно что в поле, – отмахнулась Катя. – Здесь уж лет десять никто не живет, кроме медведей…

При упоминании медведей все поневоле придвинулись к автомобилю.

– Тебе виднее, – процедил Олег. – Если никто не живет, значит, полно брошенных домов. Забирайте вещички, будем искать какую-нибудь хибару.

Споры стихли. Товарищи по несчастью вытащили из машины сумки и рюкзаки. Олег погасил фары, проверил, насколько плотно заперты двери и багажник. Взял фальшфейер на случай встречи с медведем, достал мощный фонарь. Его луч, конус яркого света, в котором завихрялись снежинки, не столько рассек мглу, сколько сгустил ее. Карпухин шел впереди, остальные за ним. Двигались по дороге. Миша, который часто здесь проезжал, подсказал, что нужно будет свернуть с трассы, чтобы подойти к самому поселку.

Углубляться в жилые кварталы путешественники не собирались. Подошла бы любая жилая постройка, лишь бы не совсем развалившаяся. Было очень холодно, ветер пробирал буквально до костей. После тепленькой машины это особо остро ощущалось. Через полчаса поисков наткнулись на забор, за которым темнел двухэтажный барак. Олег и Миша пошли на разведку.

Невысокое крыльцо было заметено снегом. Тяжелая дверь, обитая ветошью, перекосилась. К счастью, как и везде на Севере, она открывалась внутрь, иначе обледенелый сугроб, который намело на остатках крыльца, не дал бы попасть внутрь.

Парни навалились и вдавили дверь в предбанник. В жилую часть дома попасть было легче, только пришлось ударить снизу вверх по приржавевшему крючку, которым внутренняя дверь была заперта покидающими жилье хозяевами. Луч фонаря выхватил заиндевевшие стены и мебель, которую жильцы не стали вывозить. Воздух внутри дома был стылым и неподвижным.