Хроника Чернокнижника

Ворвавшись внутрь, путник проследовал к стойке и громко постучал по ней.

– Хозяин! Хозяин, выходи! – Прокричал хриплым голосом Кроули.

Но никто не откликнулся. Немного придя в себя, Алистер понял, что совсем один в помещении. Где же сам владелец или хоть один работник? Неужели все убежали в страхе восвояси? Или, наоборот решили помочь раненым бедолагам. Это неважно. Времени искать владельца харчевни не было. Алистер перескочил за стойку и схватил первое попавшееся яство. Копчёный гусь с куском ржаного хлеба и бокал недопитой сливухи.

Вполне сгодятся. Положив всё на одну миску, чернокнижник вновь перемахнул за стойку и начал жадно поглощать еду. Он давился и корчился, ведь по вкусу еда была как песок, а сливуха – кислое пойло, а не прекрасный терпкий напиток. Обычно рацион чернокнижника состоял из падали любого вида и выдержки, трупные черви и насекомые являлись деликатесом. Запивалось все это забродившим вином, либо отваром из вонючих и токсичных трав. Такой обед прекрасно поддерживал организм и состояние гниющего тела. И лишь обычная пища создавала более-менее человеческий облик.

Не успел чернокнижник съесть и половины, как вдруг трапезу прервал отряд гвардейцев, ворвавшийся в харчевню. Алистер тяжело проглотил кусок хлеба с мясом и замер. Солдаты выстроились в два ряда по 6 человек и обнажили мечи. Ещё двое остались за дверьми, дабы зеваки случаем не забрели внутрь. Позади послышался звон кольчуги и тяжелых сапог. Топоры находились под рукой, а клинок лежал прямиком на столе, но чернокнижник не предпринимал никаких действий.

Если бы его хотели убить, то уже бы напали.

– Так вот из-за кого переполох в городе, – прозвучал знакомый голос по левую сторону.

– Я что-то не понимаю, о чём вы, – с легким волнением ответил Алистер.

– Все ты понимаешь, граф. Мы не глупые существа здесь. Так что давай сразу начистоту, – легко, без каких-либо угроз, ответил незнакомец.

– У меня приказ от губернатора. Всех, кто причастен к сегодняшнему инциденту на площади, арестовать и привести в темницу для допроса с особым пристрастием.

Какое хорошее – это слово, «пристрастие». В нём есть что-то магическое.

– И какое же отношение я имел к вашему инциденту? – граф положил руки на стол и устремил взор вперед, не осмеливаясь повернуть голову.

– Со слов очевидцев, человек с пепельными волосами, чуть выше среднего роста, в рваном облачении, двумя топорами, зачарованный рунами, принимал активное участие в сражении на площади Героев.