Лютый

Отправив Пашу грузить в багажник добычу, я велел Серому принести канистру и облить трупы и дом. Труп с улицы Серёга тоже затащил в дом.

Я не хотел убивать цыганку, но здесь лежало восемь трупов, а свидетелей было оставлять чревато последствиям. Оставшегося в доме цыгана и бабу, Паша щедро облил бензином и расплескав всю канистру довольно зло ощерился. В глазах женщины отражался ужас и отчаянье, но нас это нисколько не волновало. Эти твари торговали героином и посеяли смерти иглой больше, чем мы оружием.

Выгнав машину со двора, Паша поджёг «дорожку» из бензина и полыхнуло… Мы закрыли входную дверь и сели в машину.

Уже светало и горящий дом хорошо было видно из далека. Я давил на педаль и «десятка» уверенно несла нас к гаражу.

Делить добычу было решено завтра, а сейчас нужно было побороть мандраж. Трясло всех. Положение спасло три бутылки водки, на этот раз не палёной, а из магазина. Водка шла, как в сухую землю. Потом мы хором блевали и нас снова трясло. Мы лежали в гараже под обуявшим страхом, что нас найдут и мы все сядем на «пыжик».

Пацаны сидели на измене. Паша рыдал, Серого просто трясло. Я разлил по стаканам водку и заставил их выпить.

– Значит так! Никто нас не найдёт, потому что следов мы не оставили. Машину сбагрим Мише, остальное продадим знакомому барыге, не ссыте!

То, что мы куда-то ходили ночью, знаем только мы. Нам даже не одна машина не встретилась. Откуда в четыре утра взяться очевидцам?!

Пацаны стали успокаиваться. Серый перестал стучать челюстью и его пробило на жор.

Паша вытер слёзы и смог улыбнутся.

– Ты прав Антоха! Хрен нас найдут – он окончательно успокоился и принялся есть.

– Шмотки снимите и дайте мне. Всё снимайте, трусы носки и обувь тоже.

Пацаны безоговорочно переоделись и остались сидеть босыми. Я вздохнул и утрамбовав все вещи в пакет отправился готовить «крематорий для улик». Когда я вернулся в гараж, то застал храпящих на диване ребят. Учёбу мы сегодня прогуляли, зато добычу взяли козырную. Я позвонил Большаку и предложил ему глянуть машину.

Тачка новая, стоит дорого, Мишу по любому заинтересует, так и получилось. У Миши отвалилась челюсть!

– Восемьдесят и я даже не буду спрашивать, где вы её взяли.

– Забирай – махнул я рукой.

Миша отдал деньги и уехал, а я ушёл за новыми шмотками для себя и ребят. Купив всё необходимое на рынке, я вернулся к нам на «базу» и махнув стакан водки уснул на матрасе.

Пацаны умирали от похмелья. Примерив новые ботинки, Паша ушёл за пивом и едой.