Мечты о нас

Я не смогу ему объяснить и поэтому еще раз качаю головой. Вокруг нас шумит город, и я в первый раз обращаю на это внимание. Гул и смех из кафе, рокот автомобилей, лай собаки. Привычные звуки этого района спускают меня на землю.

У машины Дрю я останавливаюсь в замешательстве. Старый красный «Форд Мустанг» с белыми полосками, как на гоночных автомобилях, но не это меня смущает. На машине – наклейка «Алабамских Антилоп».

– Тебе придется обязательно наклеить «Барсуков», если останешься, – раздраженно указываю я.

Я собираюсь с силами и смотрю на Дрю, проговаривая слова по возможности медленно.

– Я остаюсь, – очень короткий ответ, но звучит уверенно, как обещание.

Я снова показываю на «Антилоп», потом на место рядом и предупреждающе поднимаю указательный палец. Хочет он этого или нет, ему придется найти и наклеить «Барсуков», иначе я это сделаю сама.

Дрю протягивает мне свой мобильник, чтобы я набрала адрес.

Уже сидя в машине и хорошенько разглядев ее изнутри, я понимаю, что это не просто старая машина, а настоящий раритет.

Кожаные сиденья и хромированная приборная панель создают очарование ретрокафе. Я пристегиваюсь, Дрю трогает машину с места. Обнаруживаю, что в машине нет автоматической коробки передач.

– Я бы не смогла такую водить, – бормочу я.

По понятным причинам ответа я не получаю.

Дрю сосредоточен сначала на выезде с парковки, а затем на дороге, естественно, ему не до чтения по губам. Он все время поглядывает на мобильник, прикрепленный на руль.

Вот и еще одна вещь, которую трудно представить для обычного человека: навигация без голосового сопровождения. При изменении направления движения телефон вибрирует.

Единственный звук исходит из рокочущего двигателя. Радио отключено, так что я мурлычу себе под нос, и в кои-то веки никто не говорит мне заткнуться, потому что фальшивое пение режет слух.

Дорога до моего дома занимает достаточно много времени. Наверняка Дрю, когда предлагал подвезти, даже не подозревал, что я живу так далеко от кампуса и от самого города, застроенного современными зданиями.

Даже озеро Сент-Клэр, давшее название нашему колледжу, остается позади. Мы живем в одноэтажном доме-ранчо на окраине. Наш дом ничем не отличается от соседних, все выглядят одинаково, словно клонированные: дом Г-образной формы, слева – гараж, перед домом – лужайка, розовые кусты, белый почтовый ящик.

Дрю останавливается у дома, я выжидаю, когда он на меня посмотрит.