Багровый мир. Часть 2

Всегда ледяная и гордая, строгая и придирчивая, будто в груди вместо сердца колотится сухой булыжник, она сейчас испытывала страх. Над Айнхириаммом сгущаются тучи войны, а она боится больше всего на свете за непоседливую воспитанницу. Девчушку с колючими глазами и дерзкими веснушками, которую доставили в замок еще младенцем.

Это был последний месяц осени – Озирсов. Знак Куницы царствовал в небе. Ночь. Холодный ветер хлестал порывами, разбрызгивал крупные капли проливного дождя.

Аррэя как раз расчесывала длинные мягкие пряди перед сном, задумчиво глядя сквозь собственное отражение в зеркале туалетного столика.

Комнату освещало несколько позолоченных бра с тонкими кремовыми свечами. Почти не израсходованными – эльфийка появлялась в спальне только перед сном, весь день посвящая поручениям Предводителя и его глашатая или обучению поступившего на службу молодняка. Даже засыпая, она мечтала о скорейшем наступлении рассвета, чтобы снова отдавать себя без остатка работе. Работа стала ее стремлением. Ее спасением…

Кто-то заколотил в дверь так, что девушка дернулась.

Она подскочила, отложив нефритовый гребень, и поспешила отворить дверь. Перед ней стоял, промокший до нитки, Ксериан в окружении двух воинов-охранников. Вода с одежды быстро стекала на каменный пол, зачесанные назад волосы советника прилипли к спине. Крупная роса даже застряла в его сосредоточенных бровях.

Он смотрел на Аррэю серьезно. В золотом свечении утопала борьба воли и бушующих эмоций. Мужчина успешно давил их, приученный за долгие годы руководствоваться разумом, а не сердцем.

– Леди Аррэя, прошу прощения за вторжение в столь поздний час, – заговорил он, поднося руки ближе к женщине. Только сейчас она заметила, что все это время Ксериан держал крохотный темно-фиолетовый сверток. Среди мягкой ткани показалось маленькое личико младенца. С курносым носом, большими серыми глазами и здоровыми веснушчатыми щечками.

Сперва эльфийке показалось, будто это человеческое дитя, ведь практически у всех новорожденных эльфов наблюдается свечение в глазах, пускай даже самое слабое.

– Это Вейкира Дэлион. Моя сестра, – представил младенца мужчина. – Моя мать скончалась, подарив ей жизнь, и я пришел просить вас…

– Что? – заволновалась Аррэя. Она смотрела то на малышку, то на глашатая Предводителя, то на его сопровождающих, с доспехов которых также стекали ручейки уличного ливня.

– Вы много лет преданно служили не только королевству, но и моей семье. Я прошу вас о помощи.