Багровый мир. Часть 2

Профессия требовала непростого таланта и навыков, однако пригождались они от случая к случаю. Гораздо сложнее заливать обманом головы тех, кто смотрит на тебя, как на последнюю надежду. Они беззащитны и доверчивы лишь потому, что полны любви. Любви к тому, кто в забвении своем так далек от их забот. Он нужен им сейчас. Но его нет. Иллюзия – все, что остается.

Они полны любви к нему, а потому полны любви и к ней, выдающей себя за него…

«Как утята, потерявшие мать, – думала иногда Аррэя. – Они будут следовать за кошкой, греющей их, всерьез считая ее своим родителем.

Они за нее и сразятся, и умрут».

– Увы, иного выбора у нас нет, – приближенный правителя открыл окно и раскурил трубку. – Сложно поддерживать культ личности без той самой личности.

– Я все прекрасно понимаю, мастер Ксериан, – эльфийка мигом задушила эмоции. Она встала и начала снимать с себя тяжелые доспехи.

– Признаться, мне трудно выразить благодарность за ваш труд, ведь слова – недостойная награда за каменное терпение.

Еще более недостойная награда за уникальную находчивость. Я бы даже назвал вашу идею с маской гениальной, миледи, – он выпустил облако дыма, и ветер тут же разнес его над крышами домов.

– В моей идее нет ничего гениального, – хмыкнула на это Аррэя. Оставшись в черной рубашке, туго прижатой к талии корсетом, и в облегающих черных штанах, она аккуратно складывала одеяние Предводителя. Женщина собиралась отнести его в королевскую оружейную комнату. Однако, сперва предстояло достать юбку, спрятанную здесь же, в покоях, ведь в замке привыкли видеть ее только в строгих платьях.

– Я бы не подумал о Нота-Хоспес. И, тем более, не рискнул бы выкрасть его. Это казалось сказочной задумкой, – Ксериан смотрел на город, облокотившись об оконную раму. Солнце затянуло сереющими тучами, вот-вот рискующими заплакать.

Окончательно преобразившись в прежнюю педантичную и надменную Аррэю с тугим пучком на затылке, эльфийка тоже подошла к окну.

– Уместно применять имеющиеся знания – это не проявление гениальности, это обязанность каждой образованной персоны.

Так я считаю. Тем более, легенда о первомаге Нота-Хоспесе у каждого эльфа на слуху еще с детства.

– Первомагов всего двадцать пять, а легенд об их смерти и перерождении гораздо больше. Легенда про Нота-Хоспеса, воплотившегося в маску, тоже могла оказаться лишь раздутой выдумкой, учитывая тот факт, что его секта Многоличников распалась давным-давно.