Желая невозможного

Алексис кивнула, и он мысленно поблагодарил ее за то, что она никак не отреагировала на перемену его настроения.

* * *

Через двадцать минут они доехали до пляжа, и Рауль пожалел, что не остался дома. Его желудок свело от волнения, тело покрылось мурашками. Внезапно Алексис положила ладонь на его плечо:

– Все будет в порядке. Они твои друзья и понимают, что ты переживаешь тяжелый период своей жизни.

Понимают? Он в этом сильно сомневался. Он попытался не думать о Бри, а сконцентрироваться на том, что происходит здесь и сейчас.

А сейчас он собирался провести время с людьми, которые его знали, и женщиной, которая пожертвовала карьерой, чтобы заботиться о нем и ребенке лучшей подруги. Его ребенке.

Рауль шумно выдохнул:

– Пошли. Давай покончим с этим.

Он открыл дверцу и отвернулся от Алексис. Она отпустила его плечо. Он обошел машину, открыл багажник и достал оттуда сумку с вещами Руби, корзинку с едой и коляску. Он попытался раскрыть ее, но та никак не поддавалась.

– Я посмотрю, что там, если ты не против, – сказала Алексис, обходя машину с другой стороны с Руби на руках.

Как и пару дней назад, она просто передала ему ребенка. Рауль принял малышку на руки. Руби посмотрела на него большими глазами, затем протянула пухлую ручку и погладила его по щеке. Алексис раскрыла коляску в мгновение ока и положила сумку с вещами в нижнюю корзину, а еду – на сиденье коляски.

– А Руби ты куда посадишь? – спросил Рауль.

– Она хочет пойти с тобой. Правда, дорогая?

Алексис пощекотала подбородок малышки, и та заливисто засмеялась.

От этого звука сердце Рауля забилось чаще и по телу растеклось приятное тепло. Но он тут же взял себя в руки.

– Нет. – Он взял корзинку с едой, поставил ее на землю и посадил Руби в кресло. – Ей в коляске будет безопасней.

– Ей и у тебя на руках было безопасно, Рауль.

– Алексис, я знаю, что ты пытаешься сделать. У тебя ничего не выйдет. Ты не можешь заставить меня быть тем, кем я не хочу.

Взгляд Алексис вспыхнул, а губы сжались в тонкую линию.

Рауль знал, что так она делала, когда злилась на него.

– Так вот что, значит, я делаю – заставляю тебя? Что бы ты там себе ни напридумывал, это не так. Ты отец Руби, и пора бы тебе заняться своими обязанностями. – Смягчившись, Алексис продолжила: – Послушай, я знаю, ты скучаешь по Бри. Я знаю, как сильно ты ее любил. Но, отказываясь от собственного ребенка, ты не вернешь ее назад. Если уж на то пошло, своим поведением ты предаешь память о ней.