Русские горки

Шагах в ста от лаборатории, бежавший впереди Шарик внезапно залаял, и столь же неожиданно его лай прервался. Какая-то тень метнулась к седому отшельнику, и "подарок судьбы" обрушился ему на голову тяжелой рукояткой пистолета.

"Подарком" был, конечно, Самуэль Гюнтер. В определенной степени ученый сам спровоцировал столь непочтительное отношение к себе. Пугавшее хищников, излучение ультразвукового генератора у любого вызвало бы самые тревожные подозрения. Ощущение опасности, инициированное прибором, оказалось настолько велико, что Сэм не мог ожидать ничего хорошего от предстоявшей встречи.

Маскировочная сеть, современное оборудование, книги и колбы на стеллажах говорили о ведущихся здесь, возможно незаконных, исследованиях.

Но в сложившейся ситуации для Гюнтера важно было одно, – как все эти предметы попали сюда, и в состоянии ли те, кто создал в безлюдной местности условия для научной работы, вернуть его обратно?

Решив, что хозяева отправились на поиски обломков, Сэм подготовился к встрече.

Воспользовавшись преимуществом нападения врасплох, он оглушил их. Связав старичка и собаку, летчик перенес обмякшие тела в дом.

Оставив животное около дверей, американец положил сухощавого бородача на кровать и сел в кресло напротив. Долго ждать не пришлось. Минут через десять глаза Хлопотова открылись и с тревогой уставились на внушительного молодчика, вооруженного пистолетом и охотничьим ружьем. Собака заворочалась, жалобно запричитав. Разразиться лаем ей не позволила повязка, сделанная Гюнтером вместо намордника.

– Спасибо, что оставили нас в живых, – миролюбиво прошептал житель Тайги и тоже застонал. Русская речь окончательно подтвердила опасения американца.

– No understand… – услышал в ответ пленник. К счастью, от удара память его не пострадала, и перевод не составил труда. На неплохом английском Хлопотов повторил свою мысль. Сэм улыбнулся.

– Кто вы? – спросил он, уже не сомневаясь, что его понимают.

– Ученый, – просто ответил Константин Кириллович.

– Зачем же человеку с образованием прятаться в глуши, где нет дорог, и даже вертолету негде приземлиться?

– Я нелюдим… – в надежде, что это собьет пришельца с толку, произнес Хлопотов.

– Насколько я понимаю, в вашей стране это не принято, – парировал настойчивый собеседник.

– Что ж, пожалуй… – связанный лукаво поморщился.

– Ваше оборудование весит немало, и на своей спине Вы не смогли бы его сюда принести.