Там, где водятся ведьмы. Han, sorginak dauden lekuan

Что ж умно, хотя и довольно жестоко по отношению к ламии – сидеть несколько часов на солнцепеке, считая лепестки… Бедная девочка, надеюсь, у нее все в порядке!

Йону подумалось, что при всем желании он не смог бы назвать зеленую ластоногую хищницу «бедной девочкой».

– А потом, – продолжила Катталин, – нас поймали момочоррак…

Конец истории, правда, за опущением некоторых интимных подробностей, Оленцеро выслушал не перебивая, попыхивая трубкой и потягивая вино. Рассказ о падении в пропасть все-таки взял на себя Йон – Катталин очень мило стеснялась и, вообще, не хотела уделять этому эпизоду особого внимания, но молодой человек решительно вмешался и расписал свое спасение самыми яркими красками.

Рассказывая, он держал ведьму за руку, а та сидела, краснея от смущения, глядя в свою опустевшую тарелку.

– Ого! Молодец, девочка! Вытащила парня вместе с рюкзаком! Мари, ты только послушай! – Оленцеро повернулся к жене, та восхищенно закатила глаза. – То-то я смотрю, вы такие хм… красивые заявились! Да, ребятки, заварили вы кашу… Но и бабка, ведьма, чтоб ее, Верховная, хороша! А ведь была такая всегда рассудительная…

Хозяин встал, подошел к камину и принялся задумчиво ворошить угли, снопы искр вылетали из-под кочерги и поднимались в трубу.

– Ладно, молодежь, время позднее, – сказал он наконец. – Утро вечера мудренее. Завтра подумаем, что нам со всем этим делать. Ваши спальни в конце коридора, направо. Спите спокойно!

Гости встали и, сердечно поблагодарив хозяйку за угощение, отправились спать.

Оленцеро стоял у камина, провожая молодых людей доброй улыбкой. Проходя мимо, Катталин привстала на цыпочки и чмокнула его в щеку.

– Спасибо, дядюшка! Спокойной ночи!

Йон, следуя за ней, вдруг неожиданно сам для себя, приостановился и сказал:

– Ондо ло’йн!

Хозяин удивленно вскинул брови и улыбнулся еще шире.

– О, смотрю, ты уже понемногу у нас осваиваешься. Молодец! – и дружески потрепал его по плечу.

 – Ондо ло’йн сури, и тебе спокойной ночи!

Йон и Катталин прошли по едва освещенному коридору и остановились у дверей, ведущих в спальни. Они обнялись, девушка тихонько сопела Йону в шею, и это было очень приятно.

– Спи хорошо!

– Доброй ночи, милый!

Они разошлись по комнатам, как наставлял их Оленцеро: мальчики налево, девочки направо. Не зажигая свет, Йон быстро разделся и с наслаждением вытянулся на широкой мягкой постели.