Бар на окраине

Так он больше ничего ей и не поведал. Выпьет молоко, и все.

«Совсем у подруги крыша поехала, – с тоской подумала я, выслушав сбивчивый рассказ. – Еще бы, если общается с такими, как этот бормочущий Аркаша и эта чокнутая Зинка, которая регулярно ходила слушать, что он скажет в момент питья козьего молока…»

Дашка, однако, не заметила моей реакции на свое повествование. Помолчав, она медленно добавила:

– Я сначала смеялась над ней, но примерно через полгода история повторилась. Зашел ко мне парень один знакомый.

Сидим мы с ним, чай пьем. Тут Аркаша, значит, входит. Налил молока, начал пить. И вдруг голос его меняется, и он начинает что-то монотонно бубнить. Я-то мимо ушей, друг мой поначалу тоже. А потом смотрю, прислушивается он к Аркашке, хмурится. Потом и вовсе чашку опрокинул, кинулся к нему и чуть ли не за грудки – говори, мол, откуда знаешь? И что дальше будет со мной? А тот как раз последний глоток сделал, стакан поставил на стол, и глаза на лоб – чего ты, говорит? Не знаю я ничего…

Дашка внезапно прервала рассказ, встала и достала из стола печенье.

– Ой, прости, Аринка, заболтала я тебя. Подлить еще чайку?

– Да нет, пожалуй, – я потянулась за сигаретой, – мне уже пора. Давай покурим, да я побегу.

Дашка присела рядом.

– Я, вообще-то, бросила. А ты кури, – и она пододвинула ко мне красивую серебряную пепельницу в виде черепахи, – это я для гостей держу. Жилец один из Норвегии привез.

В Дашкином тоне почувствовалось легкое превосходство.

Я стряхнула пепел в нутро черепахи и покосилась на красивые часы в форме корабля, висящие на стене.

Без пяти час. В торговый центр я уже не попадаю, по понедельникам он работает только до двух…

– Клиентка подарила, – опять похвасталась подружка, перехватив мой взгляд, – жена директора банка. Я ей платье шила к свадьбе дочери. А ты-то как? – вдруг спохватилась она. – Все там же? В библиотеке?

Мне почему-то не захотелось рассказывать Дашке про день, когда я случайно уехала в незнакомый парк, в котором приняла решение, изменившее всю мою жизнь.

– Угу, – кивнула я, уткнувшись в чашку с жидким чаем.

– А на личном фронте как? – спросила Дашка без особого интереса, и не успела я открыть рот, как она, опять придвинувшись, доверительно сообщила:

– А я сейчас встречаюсь с одним бывшим военным. Он, правда, женат…

Из часов на стене внезапно выскочил кривоногий матрос и весело стукнул шваброй о палубу.

Видимо, таким образом часы пробили час.