Ива, Антония или Вероника

 – Это действительно ты! Как же я рада, что ты очнулась! Как ты?

Я неопределённо пожала плечами:

– По крайней мере, я уже не то бесчувственное бревно, каким, судя по рассказу Алекса, была в течение трёх дней.

– Да твой Алекс чуть с ума не сошёл!.. Больно было слушать, когда он звонил – такой несчастный, такой потерянный… А я как раз собиралась попросить курьера привезти тебе кое-что от меня – смотри, я заказала в «Венецианском ужине» фрукты, мороженое… И ещё рыбу в супермаркете. – Картинка заплясала, послышался стук дверцы морозилки, и перед глазами возникло розовое чешуйчатое тело довольно крупной форели.

«Странное начало», – пронеслось в голове.

Форель исчезла, и на экран вернулось лицо сестры.

– Я проверила все сроки годности, всё в порядке. – Она внезапно спохватилась. – Это всё не то, не то, знаю…

Ива заморгала и начала интенсивно тереть переносицу.

– Тони сообщила, что ты пришла в себя, но я не стала сразу звонить, может, тебе ещё сложно разговаривать…

Взгляд её был потухшим.

– Я и сама никак не могу собраться с мыслями, этот кошмар просто не укладывается в голове! – продолжала она. – Все эти дни я думаю – что же теперь будет? Наверняка Яну посадят в тюрьму. Но если полиции станет известно, что произошло на самом деле, тогда в тюрьму посадят тебя… Я не могу поверить, Фло… Конечно, ты абсолютно безбашенная, все это знают, а я, наверно, лучше всех – сколько твоих грязных тайн похоронено во мне! Но склонность к авантюрам, вечный поиск адреналина – это одно, а убийство – совсем другое! Я никак не могу поверить, что ты могла это сделать…

– Разумеется, не могла! – зло буркнула я.

Я осеклась. Этим «кем-то» может быть и Ива.

– Но Фло…

– Самое отвратительное то, что я ничего не помню… – добавила я и тут же пожалела о своих словах.

– Совсем ничего? – искренне ужаснулась Ива. – Даже самого убийства?!

– Да какого убийства?! – Я гневно оттолкнула от себя страшное слово. – Как я могу помнить то, чего не совершала?!

Ива молчала.

Я тут же зашлась в грудном кашле.

– Да, это выглядит невозможным, Фло. Однако ты, кажется, сделала это.

Сестра казалась очень расстроенной.

Внезапно я ощутила себя мышонком в огромной тёмной коробке, из которой невозможно выбраться. И лишь собственные воспоминания могли бы помочь мне перелезть через её высокую стену, чтобы узнать, что же всё-таки произошло в особняке.